— Звоню сказать, что свои обязательства выполнила перед тобой. У меня договор на твой бизнес. Я его рву и ваша сделка с Македонским недействительна. Тебя такой расклад утраивает? — спрашиваю его.
— Да, но ты мне все равно будешь должна.
— Когда-нибудь рассчитаюсь, — открываю стекло машины и выкидываю телефон. По телефону меня смогут отследить, сейчас мне надо залечь на дно.
Только сейчас пришло осознание, что все закончилось. Вот она свобода. Тяжело дышу и чувствую как по щекам стекают слезы и обжигают нежную кожу.
— Куда вас отвести? — спрашивает мой попутчик.
— Отвезите до площади, дальше я сама. Только расплатиться могу кольцом.
— Ничего не надо, нам все равно по пути, — вежливо ответил мужчина. Впервые попался порядочный человек, который от меня ничего не требует.
Едим в тишине и она так давит. Не думала, что получив желанную свободу и отмщение за Егора будет так тяжело. Хочется кричать «почему все так сложно», но мне никто не ответит на мой вопрос, для всех свой путь. На свой вопрос должна ответить сама, может со временем и найду ответ на нелогичность своих поступков.
Все. Игра окончена. Все было ложью.
Никогда не надо верить словам и поступкам людей, все ведут свою игру. Даже я.
Я перехитрила самого Алексея Македонского, ведь у этого человека все просчитано наперед. Он всегда все продумывает, но сегодня просчитался и заплатил сполна. Жизнь — дорогая цена.
Водитель довез меня до площади, я же оглядываясь пошла закоулками в свое убежище. Иду и еле передвигаю ноги, они стали ватными. Кругом мерещится опасность, временами останавливаюсь и оцениваю ситуацию. Иногда мерещится, что за мной гонятся тени, следят и злорадствуют. Хотя какая мне разница до теней, ведь я свободна.
Это сейчас осознаю, что Македонский давно распланировал нашу жизнь и строил свои ребусы, которые я должна разгадать. Теперь все. Игра кончилась. К горлу подкатил комок желчи, нагнулась и прокашлялась. Я вышла уже на знакомую улицу с гаражами и подошла к своему убежищу. Слезы задушили с новой силой.
Кажется прошла целая вечность, прежде чем я оказалась тут. Я ехала сюда с надеждой на спасение, но все равно наказана собой. И проклятые слезы не перестают течь.
Кое как открываю дверь убежища, здесь все также как оставила в прошлый раз. Правда немного пыли. Прошла вглубь и упала на кровать.
Я впала в странно оцепенение и понимание, что боль закончится. Одно только радует — свобода.
Уеду из страны и начну новую жизнь, хотя бы попытаюсь. Почему то перед глазами всплывает его огонь. Я так хочу забыть, как он смотрел на меня с одержимостью.
Сейчас мне ничего не надо. Только быть наедине с собой. И опять меня накрывает по новой. Мне нечем дышать, легкие сковала железом и новый вздох приносит боль в груди. Я убила человека, которого люблю. Отомстила за старую любовь. Блядь, ирония судьбы в том, что влюбилась в свой объект мщения. Теперь его нет. Моя боль поглощает все чувства, больше нет никаких эмоций и, наверное, испытаю когда-нибудь счастье и любовь.
В своем убежище живу уже неделю и смотрю по всем каналам новости. О смерти Алексея Македонского информации нет. Так не может же быть. Первые дни в своем убежище даже не выходила на воздух, благо здесь есть все: одежда, средства гигиены, крупы с консервами. Я пока не готова покидать это место. Боюсь неизвестности, да и сидеть здесь вечно не смогу.
Спустя несколько дней все же сходила в магазин. На воздухе в полном одиночестве среди людей поняла, что я в отчаяние. Одна в целом мире и никому не нужна.
Набралась смелости и купила дешевый телефон с номером на чужое имя. Набрала номер Македонского. Номер отключен. По глазу побежала слеза. И правда больше его никогда не увижу.
Набрала еще один номер.
— Да, — ответили мне.
— Здравствуй, Руслан. Это Маргарита.
— Узнаю твой сексуальный голосок. Ты и правда меня не подвела. Весь бизнес снова у меня. Где ты, Маргарита? — спрашивает меня.
— Далеко. Что творится в городе?
— В определенных кругах паника. Пропал Македонский, без следа. Все дерутся за власть, его бизнесом кто-то руководит. И все ищут тебя. За тебя назначили круглую сумму, вернее за твою голову.
— Ты тоже в этой гонке? — с сарказмом спрашиваю его.
— Нет, я жажду другого. Ты же знаешь.
— Знаешь, вот тебе почему-то верю.
— Так ты вернешься?
— Нет. Мне в России места уже нет, но буду тебе периодически звонить, — говорю ему.
— Мы когда-нибудь еще увидимся? — не унимается мужчина.
— Скорее всего нет, но если и увидимся, сделаем вид, что мы не знакомы. Пока Руслан, — прощаюсь с ним и отключаю телефон. Выкидываю сим карту в кусты.
Вернулась в свое убежище и на меня обвалилась адская боль. Моя собственная, внутри меня пожирает огромными кусками. Сейчас мне стало невыносимо тут находится. Облокачиваюсь лбом об косяк и вою раненым зверем. Жалею себя.
