1 августа. Удалившись примерно на 400 миль от побережья Чесапикского залива, мы рискнули направить в штаб радиограмму: «Спецзадание выполнено. Ждем новых указаний. Нуждаемся в топливе. 27 С. Ш., 68 3. Д. „У-230“.
Через три часа после нашего радиосеанса два четырехмоторных самолета внезапно свалились на нас с неба. Мы в замешательстве произвели срочное погружение. Вокруг грохотали разрывы авиабомб. В этот день мы уходили под воду еще четыре раза. Было ясно, что радиограмма спровоцировала активизацию поисковых операций авиации США. С наступлением ночи мы получили приказ следовать на юг через Карибское море в район восточнее Подветренных островов. Там нас должна была заправить подлодка-танкер «У-459».
Через два часа Ридель дешифровал личную радиограмму из штаба: «У-230». Зигману. Семья в безопасности. Все здоровы. Вывезены за город. Дениц». Эта радиограмма значила для командира и команды больше, чем награда за успешное выполнение задания.
Мы продолжали осторожно следовать на юг. Стали привычными срочные погружения и атаки самолетов. Затем 3 августа мы получили из штаба радиограмму, самую важную с начала перелома в подводной войне в пользу союзников. «Всем подлодкам, патрулирующим в море. Немедленно выключить „метокс“. Противник перехватывает его сигналы. Хранить радиомолчание до дальнейших указаний».
Предупреждение штаба поступило на «У-230» вовремя. Но оно оказалось слишком запоздалым для почти сотни наших подлодок, потопленных до него. Мы вдруг осознали, что в своих попытках спастись прибегали к устройству, которое раскрывало наши координаты столь же явно, сколь горящие лампочки высвечивают рождественскую елку. Недели и месяцы мы посылали противнику приглашения на свои собственные похороны. Новость была чудовищной. Она делала наше выживание еще более проблематичным.
С облегчением мы выключили «метокс» и продолжили движение на юг. Однако надежды на возвращение в порт стали призрачными, когда выяснилось, что подлодка-танкер не отвечала на вызовы штаба.
В эти дни в начале августа 1943 года «У-230» трижды меняла курс в попытках выйти на подлодку-заправщик. И каждый раз она не являлась на место встречи, обрекая нас на бесцельное блуждание. Каковы бы ни были причины этих мистических неявок, наше положение ухудшалось, поскольку с каждым днем запасы солярки на лодке сокращались. 9 августа наше долгое, изнурительное ожидание было прервано новой трагедией. Опять она коснулась трех наших лодок. Началось с радиограммы, перехваченной с подлодки, которая беспомощно крейсировала в 400 милях от бразильского порта Ресифи: «Атакованы самолетом. Имеем серьезные повреждения. Не можем погрузиться. „У-604“. Чтобы спасти команду лодки, штаб приказал „У-172“ и „У-185“, находившимся недалеко от катастрофы лодки, идти на помощь. Радиомолчание вокруг инцидента длилось около 30 часов. Затем 11 августа Атлантику пересекла радиограмма: „Атакованы самолетом. Имеем повреждения. „У-172“. И всего лишь через несколько минут – другая радиограмма: „Атакованы „либерейтором“. Тонем. „У-604“. Третью радиограмму мы перехватили примерно через час: «Спасли экипаж «У-604“. Сбили самолет. Имеем повреждения. «У-185“.
Из последующих радиограмм выяснилось, что «У-172» тоже приняла на борт часть экипажа «У-604». «У-185» помогла ей произвести поспешный ремонт. Затем обе лодки начали переход в порт базирования протяженностью в три тысячи миль. «У-185» не вернулась. 24 августа она была потоплена атакой с воздуха.
К 13 августа на «У-230» осталось всего лишь две тонны солярки. Мы находились в 300 милях к востоку от Барбадоса. В полдень получили по радио координаты места и время встречи с новой лодкой-заправщиком «У-117» в сетке квадрата ДР-64. Встреча должна была произойти 17 августа. Чтобы не выдавать себя, мы двигались днем в погруженном положении на малом ходу в целях экономии энергии аккумуляторных батарей. Ночью следовали в надводном положении с умеренной скоростью, расставаясь с каждым литром солярки, словно с собственной кровью. Тем не менее мы прибыли в заданный район точно в назначенное время. Лодка медленно крейсировала там, пока не израсходовала всю солярку. Затем, беспомощно дрейфуя, мы заметили черное пятнышко в нескольких милях от себя. Оно осторожно продвигалось по направлению к нам. Но вместо встречи с заправщиком мы поздоровались с нашим старым другом Дальхаусом с «У-634», лодкой, которая в этот день тоже должна была заправиться от «У-117».
Заправщик так и не прибыл. Почти через два дня напряженного ожидания Дальхаус и Зигман договорились, что «У-634», сохранившая еще 15 тонн солярки, пройдет 150 миль в западном направлении и затем сообщит в штаб о нашем положении, Таким образом, мы останемся в безопасности, даже если союзники перехватят радиограмму и сконцентрируют силы в месте ее передачи.