— Час назад мы получили радиограмму от рудложских партизан, — говорил генерал. Бывший министр обороны был невысоким, субтильным, с нелепыми пышными бакенбардами, до войны считался чистым теоретиком и кабинетным служащим, однако к нынешнему моменту заслужил авторитет за блестящее планирование военных операций. — Со стороны Рудлога к нашей границе рвутся многочисленные отряды иномирян, которые ранее неспешно двигались к Блакории от Лесовины и захватывали один город Севера за другим. По сведениям, полученным от пленных, их командующий, генерал Виса-асх, после закрытия портала у Лесовины принял решение идти на воссоединение с блакорийскими иномирянскими войсками.
В темноте вокруг стола под маскировочной сетью, натянутой меж деревьев, собрались немногочисленные боевые командиры, человек восемь: большая часть еще оставалась в Льенпордте. Тянуло дымом — почтенный Гуго Въертолакхнет, круглый, с седыми лохматыми бровями, одетый в шикарный бархатный халат поверх шелковой пижамы, сидел на пеньке и курил трубку. Привалившись к ногам его, лежал толстый бульдог Листик, брезгливо поглядывая на присутствующих.
— Одна часть иномирянских войск, ранее сконцентрированная у портала и пытающаяся захватить Лесовину, бежала после появления королевы на огнедухе, остальные рассеяны по Северу и занимаются грабежами. Виса-асх не имеет больше возможности получать подкрепление из портала и контратаковать рудложцев не в состоянии, — продолжал генерал. — Он с трудом собрал разбежавшиеся отряды, оставил треть из них задерживать наступление рудложской армии, а остальным приказал соединиться с теми, кто занимается захватом городов и мародерством, собраться в кулак, чтобы в союзе с блакорийской армией генерала Манк-теша напасть на нас с двух сторон и сокрушить. Вероятно, так он пытается спасти хотя бы часть своей армии и свою голову. Слушаю, полковник.
— Разве Стена на нашей границе не должна задержать иномирян, идущих со стороны Рудлога? — хмуро осведомился командир диверсионного подразделения.
Генерал сложил руки за спиной.
— Нет. Два дня назад, когда появилась первая информация о планах Виса-Асха, я приказал барону фон Съедентенту оценить состояние Стены. Барон, повторите доклад.
Все, стоявшие вокруг стола, повернули головы к Мартину.
— Вы знаете, что последние месяцы стихийные потоки Туры катастрофически ослабели, — проговорил барон, — и находятся в нестабильном, хаотическом состоянии. Я осмотрел и блакорийскую Стену, и рудложскую. Они одинаково перекручены и рассеяны. Боюсь, в нынешнем состоянии Стены не способны остановить кого бы то ни было.
— Благодарю. Надеюсь, теперь все ясно, — отчеканил Дорфингьер. — Нападение на наши позиции неизбежно. После иномиряне, соединившись двумя армиями и полностью подчинив Блакорию, планируют развернуться навстречу рудложским и берманским подразделениям и, снеся их, захватить весь Север от Блакории до Йеллоувиня.
— Нам сейчас и против одной армии продержаться непросто, — мрачно сказал Мартин.
— Совершенно верно, — подтвердил Дорфингьер резко. — Господа, нужно смотреть правде в глаза. Мы не знаем, задержат ли иномирян Стены Рудлога и Блакории, и не можем рисковать. Мы не выстоим в клещах. Для наших войск начался обратный отсчет: впереди разгром.
После удачной операции и захвата города это прозвучало особенно зловеще. Под тентом воцарилась тишина. Мартин оглядел собравшихся. Лица были хмурыми, но ни у кого не возникло мысли упрекнуть опытного вояку в трусости или упаднических настроениях. Все понимали, что он прав.
— Нам долго сопутствовала удача. Большой вклад внесли и партизаны у Северных гор, которые разбивали обозы врагов, не давая им полноценно укрепиться на захваченных территориях. Жаль, что не удалось выяснить, кто это — их поддержка нам бы пригодилась. Но бесконечно нам везти не может. Припасы и снаряды подошли к концу. Я дам команду к отступлению. Сразу после окончания совещания по нашим лагерям будут разосланы радиограммы с новой информацией и приказом. Вот здесь, — он ткнул в карту, — в Рудлоге у Форштадта, на юго-востоке между линиями иномирянских отрядов есть еще окно в Центр шириной в две сотни километров. Пока оно не закрыто, мы обязаны успеть вывести войска и по максимуму обеспечить эвакуацию мирного населения.
Он выпрямился.
— Я благодарю всех за верность Блакории, но я не могу оставить наших солдат здесь на убой. С завтрашнего дня мы по согласованию с рудложскими военными начнем вывод боеспособных частей в это окно. Наш лагерь будет свернут, и прежде всего мы вывезем раненых. Уважаемый Гуго, — генерал почтительно кивнул погоднику, продолжающему попыхивать трубкой, — вас прошу отправиться в ближайшую рудложскую артиллерийскую часть, которая будет нас прикрывать. Координаты вам предоставят.
Старый маг невозмутимо кивнул и кинул палку псу. Тот, подбрасывая жирный зад, потрусил меж деревьев, и все некоторое время следили за ним, пока он не побрел обратно, с видом мученика волоча добычу.
