– О, да ты мотиватор от бога, – язвительно усмехнулся я и, не дожидаясь остальных, потопал в сторону рудника. Слушать дальше их грызню не очень-то хотелось. Вот уж, действительно, название для гильдии подобрали подходящее – лаются между собой, как собаки.
Отвесные склоны плато напоминали срез засохшего песочного торта – явственно проглядывали горизонтальные слои разных оттенков – от желтого до темно-коричневого. Сама порода была неоднородной по прочности, поэтому некоторые слои были изрядно выветрены и образовывали глубокие выемки. Никакой растительности типа плюща или мелких кустарников, как назло, не было. Жаль – было бы удобно цепляться.
У меня при взгляде на эту скальную стену срабатывало нечто вроде профессионального чутья. Там, где другие увидели бы лишь каменные глыбы, у меня сразу же вырисовались ступеньки, карнизы, места для упора – этакий предварительный маршрут наверх. В реале можно было бы сразу подсветить все эти места с помощью НКИ. Здесь этого здорово не хватало – придется ориентироваться чуть ли не на ходу.
Псы двигались за мной – на удивление, почти бесшумно, и жались к самому подножию скалы, чтобы их нельзя было увидеть сверху. Мне же, чтобы оглядеть склон, поневоле приходилось немного отдалиться от него.
Наконец, я разглядел на кромке обрыва деревянное ограждение из ошкуренных жердей. Вот и территория рудника. Подниматься придется где-то здесь…
Осматривал склон я минут пятнадцать – Терехов и Берс уже шикать на меня начали, пытаясь привлечь внимание. Сверху уже явственно доносились какие-то выкрики – похоже, отряд Корсаров был уже у ворот лагеря.
Я, наконец, более-менее прикинул маршрут – подниматься буду, ориентируясь на вон тот выступ у края, похожий на треугольную часть наковальни.
Отсюда, с подножия, каменная стена передо мной казалась непреодолимым препятствием. Да и ключевых мест, которые я высмотрел со стороны, отсюда видно не было. Оставалось только надеяться, что я все правильно разглядел и запомнил – маршрут предстоит довольно извилистый, зигзагообразный.
Я восстановил жемчужиной заряды Ци до полной шкалы. Возможно, в некоторых местах мне пригодится Прыжок лягушки – вес тела снизить, ногами получше оттолкнуться. Еще бы, конечно, альпеншток пригодился, раз уж я тут разыгрываю из себя скалолаза. Впрочем, пользоваться я им все равно толком не умею – при подъеме на здания он ни к чему, да и вообще я обычно обходился минимумом снаряжения. Главное, чтобы руки-ноги не подвели. И рефлексы.
Я взял короткий разбег и, подбодрив мышцы Лягушкой, сиганул на стену, пытаясь с ходу допрыгнуть до горизонтального уступа метрах в трех с половиной над землей. Успел зацепиться только самыми кончиками пальцев, но удержался и, подогнув ноги, успел упереться носком правой ступни в небольшой выступ. Получился этакий кэт лип, как называют его паркурщики. Со стороны, наверное, смотрелось, будто я так и задумывал.
Стиснув зубы, подтянулся, нашел опору для второй ноги и покарабкался дальше наверх. Не торопился, но и темп старался не сбавлять. Тем более, что тут, в виртуале, одной проблемой меньше – не приходится думать о том, как распределять силы для подъема. Усталости и слабости, если только на тебя не повис какой-нибудь дебафф, не чувствуешь.
Звуки битвы сверху доносились все явственнее – крики, топот, звон скрещивающихся мечей, какой-то лязг. Оставалось только надеяться, что под шумок и правда удастся пробраться в шахты незамеченными.
Последний участок подъема оказался самым сложным – край скалы немного нависал над пропастью, как козырек. Место, где удобнее будет выбраться на плато, метрах в пяти левее. По такому отвесному склону это огромное расстояние, замучаешься карабкаться. Но можно опять воспользоваться Лягушкой и попробовать допрыгнуть вон до того выступа под самым краем – можно одним махом преодолеть две трети пути. Главное, успеть хорошенько ухватиться. Если ладони соскользнут…
Я еле удержался от того, чтобы посмотреть вниз. Уверенности это точно не прибавит.
Чуть сместившись левее, я нашел надежную опору для обеих ног, сконцентрировался, разглядывая выступ, до которого хотел допрыгнуть. В реале я в такие секунды вообще ни о чем не думаю – полагаюсь на рефлексы и мышцы. Это примерно как опытный стрелок уже не особо задумывается над положением прицельной планки, над направлением ветра – он просто сосредотачивается на мишени, представляет, куда хочет попасть.
Все бы ничего, но то тело, в котором я сейчас – не моё. Точнее, мое, но я к нему толком не привык, и еще не изучил, на что оно способно. Тем более, что способности эти меняются по мере прокачки.
А, плевать!
Прыжок лягушки!
