Терехов с Берсом добежали почти до самой стены и развернулись, становясь спиной к спине. В руках у паладина мгновенно оказались меч и щит. Щит был небольшой, в полкорпуса, но цельнометаллический, с выгравированными посередине перекрещенными мечами.
Берс тоже выхватил свои топоры и, подбросив их в руках, снова поймал за рукоятки.
– Мне-то чего делать?! – окликнул их я. Боевой посох в руках казался совсем уж жалкой деревяшкой, особенно если учесть, что большинство наших противников в доспехах.
Лео мотнул головой, давая знак спрятаться за их спинами. Мы образовали маленький круг, в котором я явно был самым слабым звеном.
– Ну а теперь – просто постарайся не сдохнуть, – оскалился рыжий и подмигнул мне.
Ситуация, похоже, только забавляла его.
Наши преследователи тем временем перешли в наступление. Их было не меньше двадцати, и они охватили нас полукольцом, отсекая пути к отступлению. Разве что на стену лезть, но она метров десять в высоту.
Снова неприятно засосало под ложечкой и начала подкрадываться паника – как вчера во время боя с тем здоровенным дрэком. Не, я не трус. Но хотелось бы хоть как-то сопоставимых противников, а не таких, что могут пропустить тебя через мясорубку.
А потом все мысли будто разом выдуло из головы, а время спрессовалось в тугую пружину. Перед глазами только мелькали какие-то детали, вырываемые разгоряченным сознанием из общей картины.
Оскалившаяся львиная морда на эполете Терехова. Искры, брызнувшие от скользнувшего по щиту наконечника копья. Перекосившееся от ярости лицо одного из нападающих, заносящего над головой здоровенный двуручный меч с волнистым лезвием. Звон скрестившихся мечей. Крики и ругательства, вырывающиеся из десятка глоток и сливающиеся в единую какофонию. Сталкивающиеся друг с другом плечами воины в стремительно сужающемся вокруг нас кольце.
Топор Берса, врубающийся прямо в лицо темнокожему парню, в незащищенный шлемом участок вокруг глаз.
– Бей! Сейчас! – заорал Терехов, отбивая щитом удар сразу двух мечей.
Это он мне?!
Берс в это время ударом топора сшиб шлем с одного из нападавших – похожего на викинга громилы с длинными усами, заплетенными в косички. Тот крутанулся вокруг своей оси, отбивая щитом удар второго топора, и заорал, как зверь. Уж не знаю, то ли это был какой-то скилл типа устрашающего клича, то ли это я так впечатлился, но у меня от этого крика внутри всё задрожало, словно желе.
В голову усатого вдруг вонзилась стрела – прошив обе щеки насквозь, так что викинг поперхнулся своим криком. Рана была явно не смертельная, но какая-то нелепая – он схватился за стрелу, не решаясь, что делать с ней. И тут же получил вторую – в шею.
Стрелок засел где-то на крыше конюшни, но разглядеть его толком я не успел. Стог сена справа от нас словно взорвался изнутри, и сквозь ряды наших противников, роняя бойцов, как кегли, пронеслось нечто здоровенное. Уши заложило от криков и звуков тяжелых ударов железа о железо – БАМ! БАМ! БАМ!
– Даня, рви! – захохотал Берс.
– Док, отсекай их! Не давай уйти! – рявкнул над самым моим ухом Терехов.
Они с Берсом, воспользовавшись замешательством противников, перешли в атаку.
Ворвавшийся в гущу схватки верзила был упакован с головы до ног в толстую стальную броню и вооружён здоровенной двуручной кувалдой. Хотя у него и кулачищи были размером с гирю, тоже закованные в латные перчатки.
Еще один прятавшийся до этого в стогу сена боец выглядел менее внушительно – худощавый, долговязый, с проседью в бороде и длинных волосах. Судя по широкому красному сегменту в его диаграмме Ци, это был маг. Или, наверное, целитель – потому что после его заклинания, наброшенного на нас невесомой светящейся сеткой, я вдруг почувствовал, как меня будто распирает изнутри от прилива силы.
В воздухе свистели стрелы. Лучник, засевший на крыше конюшни, был не единственным дальнобойным игроком, участвующим в этом бою. Но позиция у него была самая выгодная, и он ею бессовестно пользовался, расстреливая с возвышения вражеских лучников и магов, держащихся поодаль от основной схватки. Стрелял он довольно метко – я почти не заметил промахов. Правда, стрелы его частенько попадали в какие-то неожиданные места – пробивали ладони, ступни, вонзались пониже спины, в пах, в лицо. Своеобразные у него приоритеты в прицеливании. А может, просто метит в незащищенные броней участки?
Удары здоровяка с молотом были просто чудовищны – даже крепкие бойцы в латах отлетали от них, гремя, как связки пустых ведер. Маг, держась за спинами нападавших, тоже поддавал копоти. Причём почти в буквальном смысле – набрасывал на врагов какие-то заклинания. Не привычные сгустки пламени из рук или там разряды молний – а какие-то облачка живого дыма, шевелящие призрачными щупальцами.
– It’s a trap! – в отчаянии завопил Турок. Он до сих пор был жив и снова схлестнулся с Берсом.
– Отступаем! Это ловушка!
– Да их тут целый отряд!
– Fucking Russians!
Встроенный переводчик запаздывал с переводом фраз, а многие и вовсе пропускал – видимо, в этой кутерьме было сложно выхватывать из контекста конкретные слова.
