А на лодке, под зонтиком совсем другая “речь”. Слегка наклонившись вперед: “Я сердита”, сильнее наклонившись: “Мое сердце разбито”; если она прикрывает лицо: “Не желаю больше тебя видеть”; если она качнула им справа налево: “Не останавливайся”; нагнувшись вниз: “Я хочу тебя”; откинув назад: “Видишь, я в отчаянии”; сдвинув набок: “Я счастлива”; закрывает и открывает: “Не сегодня, а завтра”.

Что еще сказать? поднести палец к губам: “Мне необходимо с тобой говорить”, наклонить голову: “Осторожно!” Опереться локтем о борт лодки, приоткрыть ножку, быстро взглянуть на проплывающую мимо лодку, опустить веки в знак благодарности: “Жестокий, я вне себя от гнева”. Скрежетать зубами: “В следующий раз я разорву тебя зубами на мелкие кусочки”…

Одним словом, все эти знаки составляют весьма своеобразный язык. На нем выражены любые чувства, первые свидания, ссоры.

Сколько поэм, писем и посланий написано этим языком! Он существует для выражения намерений, упреков, мольбы и ревности.

В наши дни уже нет такой изящной литературы. Прибегать к ней больше нет нужды. Супружеская измена не боится солнечного света и находит прибежище на улицах городов, на морском берегу и в тени деревьев».

<p>Танец живота и семи покровов</p>

Джаллаладин Руми, великий мусульманский поэт, писал, что тот, «кто знает благодать танца, живет в Боге…».

Его двустишия числом около 5000 стали поистине энциклопедией суфизма.

Всему, что зрим, прообраз есть, основа есть вне нас,Она бессмертна – а умрет лишь то, что видит глаз.Не жалуйся, что свет погас, не плачь, что звук затих:Исчезли вовсе не они, а отраженье их.А как же мы и наша суть? Едва лишь в мир придем,По лестнице метаморфоз свершаем наш подъем.Ты из эфира камнем стал, ты стал травой потом,Потом животным – тайна тайн в чередованье том!И вот теперь ты человек, ты знаньем наделен,Твой облик глина приняла, – о, как непрочен он!Ты станешь ангелом, пройдя недолгий путь земной,И ты сроднишься не с землей, а с горней вышиной.О Шамс, в пучину погрузись, от высей откажись –И в малой капле повтори морей бескрайних жизнь.

Танец дервишей имел особое значение для исламского мира. Нередко он становился самым обычным развлечением в гареме. Но, бывало, в Турции братства дервишей практиковали ритуальные (синкопические) танцы с целью достижения экстаза.

Круговое вращение заставляло кровь двигаться к таким областям мозга, куда она обычно не доходит; само усилие, усталость и дрожащий ритм танца приводили к экстатическому открытию, снятию блоков с сознания, позволяющего проникнуть в самые глубокие области человеческой личности. Так танцующий мог достичь мистического опыта слияния с абсолютом. Что же касается мусульманской женщины, она практиковала два танца-посвящения, особенно популярных на Востоке: живота и семи покровов.

Из воспоминаний французского поэта Теофиля Готье после путешествия на Восток:

«Они порождают непонятное томление, вызывают странные воспоминания и навевают ощущения былых существований, что выстраиваются в хаотичном беспорядке. Мавританский танец состоит из непрерывных колебаний тела: прогибание в талии, покачивание бедрами, плавные движения рук, размахивание платком, томное выражение лица, трепетание век, глаза то вспыхивают, то стекленеют, ноздри подрагивают, рот приоткрыт, грудь вздымает бурное дыхание, шея изогнута, как у страстно влюбленной голубки… вся явно сулит таинство драмы сладострастия».

Перейти на страницу:

Все книги серии Тайны. Загадки. Сенсации

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже