— Полагаю, они пытаются вершить правосудие… Это какая-то месть… И мстят они во имя города. Одного за другим убивают тех, кто разрушает город… И хотят, чтобы все знали об этом. Действуют так же, как и ваша Ассоциация защиты Стамбула на своих пикетах. — Лейла вздрогнула от этих слов, но я не обратил на это никакого внимания. — Простите меня за прямолинейность, но это очень верное сравнение. Как и ваша ассоциация, стоящие за убийствами люди также действуют из желания защитить город. Единственное отличие между вами — используемые методы. Они выполняют своего рода ритуал. Вам это лучше известно: похоже, убийцы приносят людей в жертву городу, так же как раньше приносили жертвы, чтобы умилостивить языческих богов. К тому же личности, которых они выбирают, не так уж и невинны. Они хотят, чтобы общество знало об этих преступлениях. Это обращение к стамбульцам. Они хотят показать: все, кто наносит вред городу, пострадают сами. Может, призывают власти к конкретным шагам. Эти же слова вы пишете на плакатах вашей ассоциации. Можно сказать, это урок истории, но очень оригинальный. Поэтому убийцы и кладут в руки жертв монеты, оставляя их рядом с историческими сооружениями. Только вдумайтесь, к чьим именам они обращаются: основатель города царь Визас, император Константин Великий, превративший город в столицу Римской империи, Феодосий Второй, который возвел оборонительные стены, и Юстиниан, восстановивший город из пепла…
Лейла, делая акцент на каждом слове, как будто хотела подчеркнуть общеизвестную истину, закончила за меня:
— Султан Мехмед Завоеватель, превративший осажденный и истощенный средневековый город в столицу Османской империи.
Я уже подумал было, что Лейла разделяет мое мнение, как вдруг в ее глазах я заметил какую-то хитринку.
— А вдруг убийцы хотят, чтобы мы размышляли именно в этом ключе? — спросила она. — При этом их истинная цель — избавиться от людей, которые мешают не городу, а им самим? Может быть, они тем самым убивают двух зайцев одним выстрелом: убирают врагов и подставляют настоящих защитников города. А монеты и памятники — всего лишь маскировка?
Она снова направила стрелы своей подозрительности на Адема Йездана… Хотя сама вызывала не меньше подозрений, чем он. Но говорить об этом было неразумно.
— Как бы там ни было… — сказал я, — в обеих версиях есть кое-что общее — убийцы зачем-то указывают на султана Мехмеда Завоевателя.
