Закончив разговор, она повернулась к ребятам с сияющей улыбкой, в которой светилось столько задора, что даже Варвара с Олегом переглянулись.
— Ну что, мои герои, — сказала она. — Теперь у вас будет настоящий офис. С ремонтом, мебелью, техникой, даже кофемашиной и, если надо, ночным освещением. Можете делать круглосуточные эфиры, как CNN.
— Елена Павловна… вы лучшая, — прошептал Никитос, прикладывая руку к сердцу. — Я женюсь. Вернее, если бы мне было восемнадцать и вы были не мамой моего друга…
— Остынь, Никита, — хмыкнул Олег. — Пошли, покажешь, где он теперь будет, наш "штаб будущего".
Пока они втроем — Елена Павловна, Олег и Никитос — направились к новому месту, остальные принялись методично собирать всё необходимое для переезда. Варвара командовала процессом: коробки, папки, флешки, провода, микрофоны — всё аккуратно паковалось. Миша с Жэкой перетаскивали технику, Славик составлял списки, Сёма — как обычно — искал, куда делся гафрированный кабель, хотя сам же на нем сидел.
И в этом было что-то по-настоящему домашнее. Как будто не из подвала в офис переезжали, а из времянки в собственный уютный дом.
Работа в новом офисе оказалась не просто комфортной — она вдохновляла. Просторные светлые комнаты, нормальные столы, техника, которую не нужно чинить каждую неделю, и горячий чай, который не пах влажной штукатуркой. Проект «Стань моей мечтой» зажил новой жизнью. Они обустроили студию для съёмок, зону для монтажа, зону встреч и даже свой мини-редакционный уголок, где каждое утро собирались, чтобы обсудить план на день.
Загрузив ролики на все возможные ресурсы, видеохостинги и платформы, ребята добились головокружительного успеха — общее количество просмотров перевалило за 50 миллионов. Это был не просто успех, это был прорыв, и каждый чувствовал: они попали в точку. Им верили.
Школа теперь ощущалась как поле боевых действий, где каждый день — то бой, то затишье. Одни учителя смотрели на них с открытой неприязнью, шипя про «наглость» и «бессовестность». Другие, наоборот, внезапно становились мягче, как будто просили молчаливо: «Не трогайте, не поднимайте старое…»
Но было уже поздно. Механизм запущен. Машина перемен гудела, и у неё был двигатель — правда.
Миша сидел на подоконнике в школьном коридоре рядом с Варварой, болтая ногой в воздухе и держа в руке планшет. Варя, сжав в руках бутылку воды, уткнулась в экран телефона, где текли комментарии под последним видео.
— Нам уже делают предложения по рекламе, представляешь? — с усмешкой сказал Миша, — или даже финансирование. Одни предлагают интеграции, другие — продюсирование. Славик сейчас всё в кучку собирает, сказал: «Дайте мне пару дней, я разложу их по папочкам». Он вообще стал похож на человека, который ведёт Excel-таблицы во сне.
Варвара кивнула, немного растерянная.
— Я просто не могу поверить, что это всё — реально.
Именно в этот момент по коридору к ним подошёл знакомый, но неожиданно серьезный силуэт — Григорий Григорьевич, отец Егора, тот самый, что обычно носил в глазах вечную усталость и иронию.
— Варвара Хазер? — сказал он и остановился напротив, глядя строго. — Мне нужно с вами поговорить. Только с вами. Наедине.
Он сделал паузу, чуть нахмурился и добавил:
— Глазу на глаз.
Варвара медленно поднялась с подоконника, не отводя взгляда от мужчины. Миша встал рядом, напрягаясь — он чувствовал, как всё вокруг чуть сжалось, как перед грозой.
— Простите, Григорий Григорьевич, — спокойно, но твёрдо сказала Варвара, — я не веду разговоров тет-а-тет с отцом того, кто годами систематически унижал и ломал жизни меня и моих одноклассников.
Мужчина чуть дернул бровью, но промолчал. Варя продолжила:
— Если вы действительно хотите поговорить, это будет при свидетелях. Я приду не одна — как минимум с братом. И разговор будет под запись. Камеры — обязательны. Мы уже проходили через «неправильно истолкованные слова».
Григорий Григорьевич на мгновение посмотрел на неё с прищуром. Казалось, он вот-вот возразит. Но потом вдруг усмехнулся — устало, как человек, который ожидал сопротивления, но не совсем в такой форме.
— Ценю деловой подход, — медленно произнёс он. — Ладно. Приходите с кем угодно. Хоть со всей вашей командой и в касках. Камеры — пожалуйста. Я буду ждать в кабинете директора. Сегодня. После последнего шестого урока.
Он развернулся, собираясь уходить, но на секунду замер.
— И, Варвара… — бросил он через плечо, не оборачиваясь. — Спасибо, что не послала. Хотя была бы в своём праве.
И пошёл прочь по коридору, оставляя за собой тяжёлую тень. Варвара вздохнула, а Миша только и сказал:
— Олег что-то задерживается в столовке. Неужели булочки закончились?
Олег появился из-за угла, весело смеясь с Жэкой и жонглируя тремя ещё тёплыми булочками. Один из завитков успел чуть примяться — Жэка виновато хихикал, явно где-то уронил, но тут же поднял и сдобрил шуткой про «три секунды на земле — не считается».
— Булки спасены, — торжественно сказал Олег, протягивая одну Варваре и другую Мише. — Только не говорите, что на диете.