— Я з-с-с-с-наю в-с-с-се на с-с-с-вете, дитя! Даж-ш-ше боль-ш-ш-ше, я каж-ш-ш-ш-дый день с-с-с-ледил з-с-с-са тобой.
— Что? — удивилась я, — Но если ты знал, что меня утянуло в этот мир, и своим появлением я нарушаю временное равновесие, то почему сразу же не вернул обратно?
Змей сделал кувырок, и распрямившись, коснулся кончиком хвоста моих волос у щеки.
— Потому-ч-ш-ш-то ты долж-ш-ш-на была и-с-с-с-полнить с-с-с-вое предназ-с-с-с-нач-ш-ш-ш-ение.
— Да какое еще предназначение?!
— Из-с-с-с-менить и-с-с-торию и с-с-с-па-с-с-с-ти ты-с-с-сяч-ш-ши невинных ж-ш-ш-изней.
— Что? — снова ахнула я, — Подожди, о чем ты? Хочешь сказать, что специально отправил меня в прошлое?
— И не только. Ты никогда не з-с-с-с-адумывала-с-сь, поч-ш-ш-ему тем ж-ш-ш-арким день оказала-с-с-сь именно в том месссте, где магия дает с-с-с-бой? Мне нуж-ш-ш-но было, ч-ш-ш-ш-тобы Хан на-ш-ш-ш-ел тебя. Потому-ч-ш-ш-ш-то только ты могла его о-с-с-с-тановить.
Каждое его слово отдавалось болезненным ударом в голове. Теперь все кусочки пазла сошлись. Я наконец-то смогла увидеть всю картину.
— Но ты же говорил мне, что тебе нет дела до человеческих смертей. Что даже тысяча не играет никакой роли в масштабах вселенной.
— Я с-с-с-оврал, — лукаво склонив голову, признался он, — Но ты не подумай, мне при-ш-ш-ш-лосссь это с-с-с-делать. Иначе ты бы не нач-ш-ш-ш-ала дей-с — с-с-с-твовать, полагая-с-с-с-сь во в-с-с-с-ем на то, ч-ш-ш-то с-с-с-тарый з-с-с-мей с-с-с-ам в-с-с-се с-с-с-мож-ш-ш-ш-ет и-с-с-с-править. А это с-с-с-ов-с-с-ем не так.
— Раз ты так ценишь человеческие жизни, то зачем позволил отцу Хана отдать душу своего сына? Не допусти ты этого, не пришлось бы и ничего исправлять!
— Таков з-с-с-с-акон. Каждый один раз-с-с-с в ж-ш-ш-ш-и-з-с-с-ни мож-ш-ш-ш-ет ч-ш-ш-то-то попрос-с-с-ить у меня. А я не могу отказ-с-с-с-ать.
— И что теперь? — развела руками я, — Чего ты добился? Я умру, а Хан сойдет с ума от горя и снова превратится в жестокое чудовище. Твой план провалился!
— Вообщ-ш-ш-е-то я думал вернуть ва-с-с-с-с в твой век, е-с-с-с-ли ты не против.
Мне не послышалось?
— Но я же умерла! — я указала рукой на свое распростертое на краю скалы безжизненное тело.
— Е-щ-ш-ш-ш-е нет, — усмехнулся змей, — Ну так, ч-ш-ш-то, во-с-с-кре-ш-ш-ать тебя, или в-с-с-с-е ж-ш-ш-е не с-с-с-тоит?
— Как думаешь, мы точно сейчас в твоем веке? — спросил Хан, глядя со скалы на простирающуюся внизу территорию Ергак.
— Ну, я же жива, значит у Уробороса все получилось, — пожала я плечами, становясь с ним рядом, и вглядываясь в даль.
— Нет… Мы точно в двадцать первом веке, — Я указала пальцем в пустое пространство между горами.
Там, где раньше лежал спящий саян, сейчас возникла широкая долина, с огромной базой раскинувшейся на ней. Множество деревянных домиков весело сверкали разноцветными крышами на ярком солнце, а по узким тропинкам то и дело сновали люди, с высоты скалы больше похожие на муравьев.
— Идем. Не знаю как ты, а я жутко голодна. Да и раны бы неплохо промыть.
Мы начали спускаться со скалы, выискивая наиболее пологие участки. В особо сложных местах Хану приходилось поднимать меня на руки, потому что ушибленное бедро не позволяло перелезать через большие камни.
Спустя минут тридцать спуска, я услышала где-то неподалеку знакомую русскую речь, и даже удивилась, насколько странно она сейчас звучит для моих ушей. Все же я почти полгода пусть и ломано, но регулярно говорила на монгольском языке. Не удивлюсь если у меня и акцент появился.
Вскоре из-за поворота показалась небольшая групка туристов с фотоаппаратами и большими рюкзаками.
Хан, заметив их, сразу напрягся, но я успокаивающе погладила его по руке, и выступила вперед, здороваясь с незнакомцами.
— Ого! — воскликнула одна девушка из компании, разглядывая нашу одежду, — Здесь, что, где-то рядом фестиваль проходит?
Я улыбнулась, незаметным движением прикрывая дээлом раненую ногу
— Пока просто подготовка. Фестиваль будет в следующем году.
Туристы одобрительно закивали, перебрасываясь фразами о том, что было бы классно попасть на него.
— А вы не знаете, что там за база в долине? — как бы невзначай поинтересовалась я.
— Так это же штаб природоохранного общества. Вы что, не знаете об этом месте?
Ребята всерьез удивились нашей неосведомленности.
— Оно существует уже давным-давно. Локальный штаб создали, чтобы охранять территорию Ергак и следить за популяцией флоры и фауны. А сейчас там еще и пристроили туристическую базу. По легенде, создатель общества был прапраправнуком какого-то богатыря, хранившего покой этих мест в древности. Хотя, по мне так, это выдуманная байка для привлечения народа.
— И как же называется этот штаб? — с замиранием сердца спросила я.
Двое парней переглянулись, и один из них хмыкнул:
— Название там конечно, язык сломаешь. Вроде даже на монгольском языке. Алтан цус — кажется. Только я не знаю, как оно переводится.
Я улыбнулась, покачивая головой, и шепнула едва слышно:
— Золотая кровь.
