— Хреновая концовочка вышла, — посетовал я, покидая тёмные стены. Сил, чтобы посмотреть в глаза тем, кто ждал меня снаружи, не было. — Но даже так… Даже так — это лучше, чем позволить Абаддону и дальше вмешиваться в события.
— Итан? Ты вернулся! Живой! — Розалия сломя голову ринулась ко мне, однако мощная сила заставила её замереть. — А… Что такое?
— Отойди, девочка, — вышла вперёд Анна, сжимая свой клинок до побелевших костяшек. — И все вы! Если хотите жить — бегите!
— Что не так, мисс Анна? — удивлённо и настороженно спросил Армагеддон, внимательно осматривая меня. — Мы же победили, разве нет?
— Я знаю, какую цену он заплатил, — ответила Первая Хранительница, смотря мне в глаза.
— Джон? — странно спокойным голосом произнесла Нем. Остальные ребята молчали, пытаясь понять, что произошло.
— Выбор героя — выбор этого мира, — процитировал я. — И я принял решение.
Где-то рядом я услышал глухой смех Абаддона. Постепенно он затих, а вот звон в ушах усилился.
— Баланс, — ахнул Армагеддон. — Он в критическом состоянии! Первая Хранительница, я…
Он не успел договорить. Огромный меч разрубил тело Лорда надвое, а затем рассыпался тысячей тлеющих угольков. Прости меня, Ген. Иного способа победить я не нашёл.
— Нет! Джон, всё должно было кончиться не так! — со слезами на глазах выкрикнула Анна.
— В конце концов, всё это не важно, — тихо, едва слышно произнёс я. — Именем равновесия этого мира, я приговариваю всех его нарушивших к смерти. Приговор… Привести в исполнение.
Мир вокруг согласно загудел. Это просто механизм, бездушная машина, которую не заботят чувства или люди. И я — её часть. Такая же пустая, лишь выполняющая свою задачу.
Я поддерживаю баланс. Я — Хранитель этого мира.
— Я знаю, что многого прошу, — обратился я к Анне. — Но пожалуйста… Не заставляй меня убивать и тебя.
— Не могу, — помотала она головой. Затем вытерла слёзы, вновь взяв меч на изготовку. — Я не хочу служить ТАКОМУ равновесию.
— Ты сделала свой выбор, — кивнул я.
Закричали девушки, упала на колени Немезида. Крис молчал, смотря на меня. В его взгляде не было презрения или ненависти. Кажется, он даже понимал меня. Но не принимал. Он всегда был таким — необычным парнем, прошедшим через маленький ад. Со своими сомнениями, со своими проблемами — но всё с тем же неизменным стремлением к справедливости.
Жаль, что я не смог быть таким до самого конца.
Прости, Мана. Я не смог уберечь твоих с Армагеддоном детей. Они стали такими же жертвами безмолвного механизма, как и все мы.
Как и я.
— Нет! НЕТ! ДЖОН, НЕТ!
Не я не услышал криков всех, кто пытался сказать хоть что-то. Словно неведомая сила разом приглушила все звуки вокруг, оставив лишь биение моего сердца. Ровные, умеренные удары.
То, что делал сейчас я не было справедливостью. И правильным путём эту судьбу никто бы тоже не назвал. Но она являлась единственной, которая существовала. Был ли третий вариант? Не знаю. И наверно, не узнаю никогда.
Всё вокруг зависело от того, как поступил я. Что сказал, кому именно и в каком тоне, вплоть до мельчайших деталей. Я был как бомба с часовым механизмом. С таймером на одиннадцать тысяч лет. Абаддон победил, даже с того света. Как же мне паршиво это признавать!
Стоп.
Я замер, не доведя клинок до горла Анны. Она не выдержала и рухнула, разрыдавшись. А пространство вокруг резко стало одного-единственного оттенка. Серого. Цвета бездны. Именно таким оно было, когда я пытался манипулировать временем.
Без Абаддона… Без него я оказался единственным, что владел этой силой. Силой судьбы, как бы пафосно это не звучало.
Если всё это время мир изменялся только из-за меня, то и все события были так или иначе завязаны на моих поступках.
— Выбор героя — выбор этого мира, — напомнил я сам себе.
Вот он, смысл пророчества. Правда, которую я смог увидеть, лишь перейдя грань между человеком и Палачом. Мы все смотрели лишь на одну сторону медали, пытаясь работать с материалом, с вероятным будущим и осязаемым настоящим.
Но надо было влиять на прошлое.
Я повёл рукой в сторону, отматывая события всё дальше и дальше. Теперь силуэтов было несколько, и каждый из них олицетворял того меня, что выбрал другой вариант. Несколько Джонов с разными судьбами.
Тот, что пожертвовал собой.
Тот, что согласился с Абаддоном.
Тот, что уничтожил баланс.
Тот, что предал свою человечность.
— Когда в мир придёт его смерть, появится герой, что погибнет, дабы уничтожить её. Я пришёл в этот мир. Я стал его Хранителем. Мой выбор — выбор всего мира. Я есть смерть… Его смерть. И чтобы уничтожить её, я… Я должен умереть.
Вот она, истина.
Всего пути с самого начала не должно было существовать. Это сумел скрыть Абаддон, этого не смог разглядеть я.
Дальше, дальше. Вновь в самое начало. В квартирку Итана, прямо к моменту перед встречей с Героем. Оказавшись перед собой из прошлого, я замер, медленно охватывая всё время впереди.
— Ты знал, Абаддон, что я был готов положить свою жизнь на алтарь… — прошептал я. — Но не мог догадаться, что мне хватит ума изъять своё существование из временного потока.
И я вновь взмахнул руками, в этот раз делая нечто совершенно иное.
