― Я не смог зарядить свой телефон вчера, и сегодня он разрядилась через несколько часов. Я не думал, что это имеет значение. Ты, правда, беспокоилась обо мне?
Я кивнула. Я чувствовала себя такой идиоткой, что впала в такое состояние из-за разряженного телефона и проколотой шины. Я хотела закричать: заряжай свой телефон, придурок! Но не стала ― я просто была ряда, что он был здесь, со мной и в безопасности.
Он вытер мои слезы пальцами.
― Мне нравится, что ты беспокоишься обо мне, ― сказал он мягко.
Он посмотрел через мое плечо на кухонный стол.
― Это тоже для меня?
Я снова кивнула и попыталась улыбнуться.
― Сюрприз! ― пробормотала я.
Он тихо рассмеялся.
― Мне нравится. Спасибо. И... ты выглядишь прекрасно, Каро.
― Красные глаза и ужасный вид, конечно, но спасибо за попытку.
― Для меня ты всегда выглядишь красиво.
― Да, ну это, должно быть, потому что ты снова надел эти розовые очки.
Он вздохнул и покачал головой. Я не могла сказать, был ли он раздражен или это его позабавило ― возможно, и то, и другое.
― Ты голоден?
― Боже, да! Сейчас мой желудок думает, что кто-то перерезал мне горло.
― Им действительно нужно кормить вас на работе, ― проворчала я.
Он пожал плечами.
― Мы были заняты. Я взял на завтра выходной.
Он смотрел на меня выжидающе, но когда увидел мою встревоженную реакцию, его лицо вытянулось.
― Я подумал... я просто надеялся, что мы сможем провести день вместе, но... это нормально... если ты занята.
Я выругалась. Он удивился. Я не часто материлась.
― Ох, я бы хотела знать это! Я сказала Донне, что приду на семейный развлекательный день на пляже. Ты знаешь, тот большой пикник.
Он нахмурился.
― Ты можешь сказать ей, что изменила свое решение?
― Я бы с радостью! Но я еще согласилась сделать фотографии для «Сити Бит». Они заплатят мне. Ох, Себастьян, мне жаль! Если бы я знала, что ты возьмешь выходной...
― Все решилось в последний момент, ― пробормотал он. ― Они также дали выходной Чесу. Наверное, потому что многие будут на пикнике.
Возможность провести целый день с Себастьяном дрейфовала в моем уме как в тумане.
Я обняла его руками за талию и снова положила голову ему на грудь.
― Будут другие дни, ― сказала я, мой голос был печальным.
― Да, я знаю. Просто каждый день... каждое мгновение с тобой...
― Дорого, ― я закончила предложение за него.
― Очень.
Я нежно поцеловала его.
― Я подогрею ужин.
― Я зажгу свечи.
Я была удивлена, когда он вытащил зажигалку из кармана. Я никогда не видела, чтобы Себастьян курил, и точно никогда не ощущала запах табака на нем. Странно.
Я выключила свет, поэтому единственным освещением в кухне были свечи. Мерцающие огни отбрасывали странные изображения на стены, как будто какая-то причудливая игра теней. Мурашки пробежали по моему телу. Я стряхнула наваждение и сконцентрировалась на том, как свет от свечей играет на лице Себастьяна, выделяя его скулы и заставляя его глаза блестеть. Он улыбнулся мне, и в тусклом свете его зрачки выглядели черными как уголь. Я могла потерять нить своей мысли, просто посмотрев на него.
Я положила приготовленные на гриле бараньи котлеты, и Себастьян уплетал за обе щеки, а я вяло ковырялась в своей еде. Я чувствовала обиду из-за завтрашней упущенной возможности, но не могла позволить ей испортить и сегодняшний вечер. Я сделала усилие, чтобы взять себя в руки.
― Как на работе сегодня?
― Был занят. Проходил турнир по гольфу, и было очень много приезжих.
― Какие-нибудь инциденты в бассейне?
Он рассмеялся, как будто что-то вспомнил.
― Да! Одна из гостей уронила телефон на самое дно. И я нырял за ним.
― Она была благодарна?
― Я думаю, что она больше была взбешена, но дала мне десять баксов... и свой номер телефона.
― Ты издеваешься надо мной!
Как она посмела? Она красивая? Сколько ей лет.
Это были те вопросы, которые я не спросила.
― Я имею в виду, насколько глупой можно быть? ― продолжил Себастьян. ― Она только что уронила свой гребаный телефон в бассейн и дает мне его номер.
― Себастьян, ― сказала я, указывая на очевидное, по крайней мере, для меня, ― номер все еще работает ― ей просто нужно купить новый телефон.
Он посмотрел на меня.
― Правда?
― Да!
Он покачал головой.
― Ну, это не имеет никакого значения, я выбросил ее номер.
― Выбросил?
― Конечно!
Он выглядел раздраженным.
― Я не изменю тебе, Кэролайн!
Я не могла сдержаться, чтобы подчеркнуть иронию в этом заявлении. Вместо этого я сменила тему.
― Ты хочешь какой-нибудь десерт?
Его выражение лица изменилось мгновенно ― от праведного негодования до откровенной похоти.
― Шоколад? ― его голос был низким и соблазнительным.
― Я... я сделала торт с полентой8... но и шоколад купила.
Он не отвел взгляда от меня, и его голос не дрогнул.
― Только шоколад.
Он встал, его стул заскрежетал по кухонному полу, и он протянул мне свою руку. Я взяла ее без слов, и Себастьян притянул меня в свои объятия, затем поцеловал, пока я не перестала дышать.
