«Пожалуйста, пусть хоть минуту я побуду единственным, кому ты можешь здесь доверять».
Ксан был уверен, что не произнес слова вслух, но она коснулась ладонями его спины, обнимая чуть крепче.
– Что такое? – раздался ее голос у уха.
– Кэл умерла.
Мэллори ахнула и сжала его в объятиях.
– Мне так жаль.
– Она приехала убить меня – и спасти. – Он замолчал, а потом решил, что сейчас не время вдаваться в подробности. Отстранился, вытирая слезы. – У нас мало времени, поэтому я все коротко объясню, ладно?
Она кивнула.
Ксан рассказал ей об ускоренной эволюции гнейсов, о планах Стефании и о предсмертной просьбе Каллиопы, не забыв упомянуть, какая она «охренительная», а потом улыбнулся сквозь слезы.
– Тина сейчас обсуждает это со своим народом, но я же знаю, что ты захочешь осмотреть тело, так что лучше поторопиться.
Переварив услышанное, Мэллори кивнула и отложила скрипичный футляр в сторону.
– Ладно, потом решу, что я об этом думаю. Помоги мне ее уложить.
К сожалению, Ксан привык работать с трупами. Уложив Каллиопу на пол, он вытянул ей ноги и перевернул, открывая взгляду промокшую от крови футболку. Кэти хмуро наблюдала за ними.
Мэллори мельком осмотрела безобразную колотую рану и нож, торчащий у Кэл из спины, а потом бегло оглядела все остальные травмы. Ксан, пользуясь заминкой, разложил на полу все вещи, которые были в карманах.
– Ну ладно, – тихо сказала Мэллори. На предплечье у Кэл оказался набит стервятник; Ксан при виде его поперхнулся, но Мэллори вежливо промолчала и дождалась, пока он откашляется. – Я закончила. Что дальше? Тина ее заберет?
– Она пока не решила, – ответил Ксан. – Как обстановка? С братом все в порядке?
– Они с Лавли попытались отвлечь гнейсов, но у них не получилось. Когда я их видела, они пробивались обратно, но это не так-то просто. Наверное, им лучше помочь.
– Но как? – спросил он и оглянулся на Тину, но та не ответила.
Мэллори протянула ему футляр:
– Я нашла скрипку Лавли. Нужно ее вернуть.
– Зачем ей скрипка на поле боя? – удивленно спросил Ксан.
– Пригодится. Просто поверь, – сказала она.
Ксан вдруг щелкнул пальцами и указал на содержимое карманов Кэл:
– Точно, чуть не забыл. Кэл была клептоманкой. Кажется, она у всех по карманам полазила.
– И правда… – задумчиво протянула Мэллори, оглядывая награбленное. – Моего ничего нет.
– А книга не твоя? – спросил он.
Поморщившись, Мэллори подобрала потрепанную книжку в мягкой обложке.
– Я даже не заметила. Это сборник. Три последних убийства с Земли. Я ее написала, но она не моя. Наверняка того погибшего парня, который меня читал. – Она задумчиво перелистнула страницы.
– Чудесно, ладно, проследи, чтобы с Кэл обошлись как положено. Я пойду помогать брату, – сказал он и, накинув на себя плащ Каллиопы, бросился в холод усыпальницы.
Мэллори изумленно уставилась ему вслед, но Ксан не стал дожидаться ее возражений.
Хаос в усыпальнице наступал медленно, но верно, словно торнадо в замедленной съемке. Уворачиваясь от цепких рук и подергивающихся ног, Ксан попытался отыскать Лавли и Финеаса и нашел их в противоположном конце зала. Отвлекая внимание от Стефании, они отбивались от гнейсов, и выглядело это так, будто они сражались с камнепадом. Сама Стефания неподвижно стояла в центре усыпальницы. Фердинанд молотил кулаками гнейсов, которые рискнули приблизиться, а Лавли с Финеасом… бросались камнями.
Ксан подскочил к ним.
– Вы что, отбиваетесь от камней камнями?
– Где тебя носит? – сказал Финеас, швыряя первые попавшиеся булыжники куда придется. – Мы же ради твоей подруги стараемся!
– Она умерла, – прямо сказал Ксан. – Но вы отвлекаете их от Стефании, так что продолжайте. Только объясните, на хрена вы это делаете?
– Каменный чел, который на нашей стороне, сказал, что без нормального тела они ничего нам не сделают, – сказал он. – Так что мы мешаем им собираться. Видишь?
Лавли демонстративно бросила камень в желтовато-белую мраморную руку, медленно ползущую к парной ноге.
Финеас, напрягшись, отодрал каменную ладонь от щиколотки и с силой отшвырнул прочь.
– Сочувствую насчет подруги.
– Угу, – сказал Ксан, оглядывая усеянный осколками пол. – Так вы, получается, оскверняете могилы?
– Тина сказала, что тут нет могил, – ответила Лавли и махнула рукой в сторону Стефании. – И вообще, они хотят ее убить, а она определенно не мертвая.
Вибрации разгневанных гнейсов потихоньку начали складываться в слова. «Еретик», – различил среди них Ксан. «Анафема», «надругательство», «голод».
– Они злятся, – сказал он. – Бежим отсюда.
– Но ей нужна помощь, – возразила Лавли, указав на Стефанию.
– Мы с ними не справимся! – крикнул Ксан.
– Погоди, – сказал Финеас, уложив массивную ладонь ему на плечо, и указал вперед.
Там, на противоположном конце усыпальницы, в воздух поднялся один из трех кораблей, похожих на огромные игральные кости из цельного камня. От зеленых кустарников, окружавших его, остались лишь черные сморщенные ветви, и даже буйные заросли плюща и грибов на стенах увяли.
– Сейчас они высосут из них жизнь и придут за нами, – сказал Ксан, пробираясь по окружающему морю камней.
