Шаттл оставался на месте, но инопланетянка не появлялась, и Адриан уселся на землю – больше ничего и не оставалось. Спустя пять минут она вышла и передала ему очень теплый, но рабочий телефон.
– Спасибо, что вернулась, – сказал он, и она ответила на своем языке, глядя ему прямо в глаза. – Прости, я не понимаю, – ответил он. – Жалко, что и ты меня тоже.
Она снова коротко что-то сказала и замолчала в ожидании. Она не жестикулировала, и, только глядя на недвижимые руки, похожие на ветви, Адриан осознал, насколько люди полагаются в общении на язык тела.
– Так что, мне продолжать? – спросил он. Она ответила теми же звуками. – Не понимаю. Как же бесит. Вот бы ты могла хоть пальцами что-то показывать.
Она подняла руку и продемонстрировала ему свои длинные пальцы.
– Твою ж мать, – пробормотал он. – Один палец? – Она показала ему один палец, а остальные загнула, но в обратную сторону, демонстрируя гибкость суставов. – А теперь все?
Она вновь растопырила пальцы.
– Отлично, основы положены. Тогда один палец будет обозначать «да», два – «нет», – сказал он, поспешно соображая. – Ты меня понимаешь, так?
Один палец.
«Как?» – хотел спросил он. «Почему?» – хотел спросить он. «Зачем ты здесь?» Но чтобы добраться до этих вопросов, нужно было начать с самого простого.
– Ты хочешь напасть на нас?
Два пальца.
– Поработить планету?
Два пальца.
Уже хорошо.
– Ты специально нашла нас? Людей? Хотела установить Первый контакт?
Один палец.
– Зачем? Забрать все наши ресурсы?
Она снова заговорила, но слишком быстро – он не мог разобрать ни единого слога. Кажется, он обидел ее. Она подняла два пальца.
– С кем… нет, стой. Простые вопросы. – На языке загорчил пепел. Он скривился, буквально выдавливая слова: – Мне позвать кого-нибудь… из представителей власти?
Один палец.
Черт.
Дальше он позвонил в полицию, где никто ему не поверил, и в ФБР, где отреагировали точно так же. Опасаясь, что до инопланетян доберется какой-нибудь придурок с дробовиком, Адриан позвонил в местную газету, решив, что они тоже сойдут за представителей власти. К нему прислали скучающую стажерку, а несколько минут спустя она уже звонила фотографу.
В том же году они оба получили Пулитцеровскую премию.
Как только новости разошлись по интернету, власти снизошли до него. Сначала в лес приехали местные политики и полиция. Адриан хотел остаться в роли переводчика, но вскоре стало понятно, что инопланетяне могут отвечать на простые вопросы, и смысла в посреднике не осталось.
Власти отобрали у него открытие всей жизни.
На несколько недель он все равно стал знаменитостью. Новостные агентства со всего света брали у него интервью, но потом фанаты теорий заговора слили в сеть его личную информацию, и из-за травли он перестал заходить в интернет и сменил номер телефона.
Из-за этого власти нашли его не сразу, но несколько дней спустя объявились на пороге дома. Он опасливо открыл дверь и застыл от шока, когда ему сообщили про дипломатическую миссию и что инопланетяне готовы принять только его.
На него наконец обратили внимание – только и потребовалось, что найти в лесу летающую тарелку.
После тщательной проверки (он честно предупредил несчастного копа, что читать его биографию будет достаточно скучно) Адриану рассказали про переводчик, с помощью которого инопланетяне общались с ним, загрузив язык в базу данных. Пообщавшись с учеными, занимающимися инопланетными технологиями, он согласился стать первым подопытным. Изучив человеческий слуховой аппарат, инопланетяне решили, что людям подойдет имплант гурудевов.
От боли Адриан потерял сознание. Она прошла лишь через несколько дней, но имплант успешно подключился к слуховому нерву, и теперь он мог понимать инопланетян, которые встретили его как героя.
Когда в последующем интервью с «Нью-Йорк таймс» его спросили, что он при этом почувствовал, он ответил, что всю жизнь строил лестницу, мечтая забраться на крышу, а потом оказалось, что с другой стороны дома кто-то построил лифт. Он вложил в изучение языков много сил и в награду получил возможность никогда о них больше не думать. Разумеется, ему было немного грустно, но зато он наконец-то мог понимать инопланетян, и это того стоило.
Власти Земли не обрадовались, осознав, что новые «друзья» не спешат открывать тайны космоса и звать их на космическую станцию, но когда инопланетяне пригласили Адриана побеседовать с дипломатами на борту Вечности, он не раздумывал ни секунды.
За день до отлета на пороге его квартиры объявился неожиданный гость в парадной военной форме.
Им был пожилой мужчина со светло-коричневой кожей, лысый, высокий и подтянутый. Он представился: генерал-лейтенант Максвелл.
Сняв фуражку, он так и продолжил держать ее в руках и остался стоять, пока Адриан лично не предложил ему сесть. Общался он до безобразия вежливо, и потихоньку Адриан проникся к нему симпатией. К нему редко относились с таким уважением. Даже те, кто согласовывал его должность посла, смотрели на него как на родственника из деревни, словно боялись, что он их опозорит.
