Она задумчиво на него поглядела, и он снова ощутил себя голым.
– Остальные, говоришь. Включая кого-то из пассажиров? Или там больше нет твоих знакомых?
– Господи, Мэл! Откуда ты все знаешь?
Она ухмыльнулась, но устало и грустно, и ему стало горько. У нее был природный талант, но она его ненавидела.
– А ты? Давай махнемся источниками.
Она знала. Ксан видел это. Но он просто не мог пустить ее так глубоко в душу. Да он и сам не разобрался во всем до конца.
Тем временем текст на экране мигнул. Ксан коснулся первого имени; заиграло потоковое аудио – мониторинг жизненных показателей пациентов, обновляющийся в режиме реального времени.
– Пассажир номер один: Имя: Финеас Морган. Раса: человек. Пол: мужской. Возраст: семьдесят пять вселенских циклов.
– Семьдесят пять циклов? – переспросила Мэллори.
– Ему двадцать четыре, – ответил Ксан.
Механический голос продолжил зачитывать информацию:
– Диагноз: гипотермия; травма от удара тупым предметом; рваные раны. Лечение: подкожные инъекции Staphylococcus cmarensis. Внутричерепные инъекции Staphylococcus cmarensis. Клинический прогноз: нет риска для жизни.
Камень свалился с плеч, и вдруг Ксан судорожно вздохнул. Он даже не заметил, как затаил дыхание.
Голос продолжил:
– Пассажир номер два. Имя: Лавли Браун. Раса: человек. Пол: женский. Возраст: семьдесят восемь вселенских циклов. Диагноз: гипотермия; травма от удара тупым предметом; одна серьезная рваная рана; одна серьезная колотая рана, время получения – до момента крушения. Лечение: подкожные инъекции Staphylococcus cmarensis; обработка ран кремом на основе Staphylococcus cmarensis. Клинический прогноз: нет риска для жизни.
Прислушиваясь к голосу, следующему по списку, Мэллори смотрела вниз, на пострадавших.
– Погоди, «стафилококк»? Он же смертельно опасный? – спросил Ксан.
– Мне тоже так послышалось, – сказала она.
– Только этого не хватает, – бросил он и крикнул: – Эй! Доктора! Не хотите объяснить, зачем вы вкалываете моему брату стафилококк?
Планшет мигнул, и на экране отобразилась старшая медсестра – гурудева, с которой он до этого разговаривал.
– Встроенный переводчик – крайне продвинутая технология, однако научные и медицинские термины даются ему с трудом, – сказала она. – Не обращайте внимания на совпадающие названия. Бактерии, которые мы используем, совершенно безопасны и подходят любым углеродным формам жизни.
– А что это? – спросила Мэллори.
Медсестра задумалась.
– Я не буду вдаваться в детали, поскольку вы не подкованы в медицине. Эта бактерия – побочный продукт яда Сонма. Насколько мы можем судить, она уже начала действовать, и пока что пострадавшие реагируют крайне положительно. Прошу прощения, мне нужно работать.
Изображение погасло, и на экране снова появился список пациентов.
– Значит, наше мнение не учитывается, – сказал Ксан.
– А вдруг у кого-то аллергия на насекомых? – спросила Мэллори, нервно потирая руки.
– Скоро узнаем, – ответил он.
Следующей в списке была Элизабет Браун. У этой пожилой женщины обнаружились те же самые травмы, а помимо них – рак печени и слабое сердце.
– Лечение: капсульная ванна в растворе Staphylococcus cmarensis. Клинический прогноз: рак печени смертелен, однако риск для жизни в связи с травмами минимален.
– «Минимален»? – переспросила Мэллори. Ксан пожал плечами.
– Ей шестьдесят один год, если я правильно посчитал.
– Элизабет Браун. Что она здесь забыла? – тихо спросила Мэллори, размышляя вслух.
– Я бы не удивился, если бы ее тут полностью вылечили. Их медицина для нас практически магия, – сказал Ксан.
– И все на основе бактерий. Уколы, кремы, растворы…
– Ага. Видимо, универсальная штука.
– Они не боги. Мы же видели: они не победили смерть, – мрачно заметила она.
Монотонный голос продолжал зачитывать им информацию. Следующими на очереди были Кэтрин Бартлетт, к стандартным травмам которой прибавилась раздробленная правая рука, и Каллиопа Оу, пострадавшая примерно на уровне Финеаса.
Желудок все сильнее скручивало от ужаса. Они забрали с корабля двенадцать человек – но в списке выживших имен было одиннадцать.
– Вон там, видишь? – спросила Мэллори, указывая вниз. Капсулы все так же светились изнутри, передавая данные на соседний экранчик – но одна из них погасла, а имя отобразилось в списке вычеркнутым. Мэллори нахмурилась. – Значит, стафилококк все-таки не всесильный. Одного спасти не удалось.
Имя оказалось незнакомым: Сэм Вашингтон, парень лет двадцати. Помимо стандартных гипотермии и травм от удара тупым предметом, у него обнаружились две другие проблемы: во-первых, повреждение затылка, которое не совпадало с травмами, полученными при крушении, а во-вторых – неизвестный наркотик, найденный в организме. Он препятствовал работе целебных бактерий, что привело к смерти от кровоизлияния.
Как и капсула Сэма Вашингтона, экран планшета погас.
– Неизвестный наркотик? – спросил Ксан и добавил, откашлявшись: – Кому неизвестный, станции или людям?
