Тварь собиралась пронзить его своими остроконечными лапами, но едва успела замахнуться, как они просто отвалились. Зеле не стала рисковать, решив ударить по самым уязвимым частям.
Спасение пришло откуда не ждали, причём не только для Брони.
В следующую секунду в грудь монстра прилетел сокрушительный восходящий удар. Широкоплечий красавец по имени Джонатан одним лишь кулаком заставил тварь, что весила под сотню килограммов взмыть в воздух, а через мгновение спустя её грудь пронзил яркий луч, оставив за собой дыру размером с голову очень умного ребёнка.
— Ну, что, девчонки, заждались? — усмехнулся Джон, правда реакция была несколько странная.
Зеле, Пелагея, да и Броня смотрели на него как на призрака.
— Д-джон? — прозвало сразу в три голоса. — Что ты здесь делаешь?!
— Соскучился, решил заскочить проведать. — к кому конкретно он решил заскочить, естественно, осталось в тайне. Ради всего святого и его здоровья.
От услышанного у всех троих глаза заблестели какой-то щенячьей радостью, которая внезапно погасла. Зеле фыркнула, Пелагея нахмурилась, лицо Брони вновь стало хладнокровным, а затем все трое выдали одновременно фразу, от которой Стив опять подавилась ромашковым чаем.
— Дома поговорим.
Причём сказано это было в один голос.
Всё трое переглянулись, посмотрели на Джона, который тоже несколько выпал в осадок, опять фыркнули и отвернулись уже друг от друга. Молчание длилось не долго. Броня деликатно кашлянула в кулачок, а затем спокойным голосом добавила.
— Господин Джонатан, я очень рада тому, что вы пришли к нам на помощь в столь трудный час и…
Не успела девушка договорить, как Джона резко развернули на сто восемьдесят. Вид на прекрасную юную хранительницу внезапно сменился бородатой мордой лица.
— Ты кто, мать твою, такой?! Кто ты, мать твою?! Мать твою, тебя спрашиваю! А?! А?! А?! Х-тьфу!
Последнее благо было сделано в сторону.
— Лейтенант Бран, прошу вас успокоиться, это мой… то есть наш дорогой… друг. — Броня тщательно подбирала слова.
Глаза Зеле и Пелагеи Сергеевны в этот момент превратились в узкие щёлочки.
— Дорогой друг, значит, да? — тихо проговорила Пела.
Бран всё понял, Бран не дурак, но это не отменяло того факта, что Джон ему совершенно не нравился.
— Что у этих баб в голове, кто бы только подсказал… — бородач развернулся и уже шагнул в сторону линии обороны, как вдруг его лоб столкнулся с чем-то очень твёрдым, да так, что аж в голове зазвенело.
Бран был не из тех, кто прощает ошибки. Свои, чужие — неважно! Кому-то грозил внезапный перелом конечностей, однако, когда лейтенант открыл глаза, то ничего перед собой не увидел.
— Какого… кто это сделал?! Я спрашиваю, кто это, мать вашу, сделал?! А?! А?! А-а-а…
Последнее «а-а-а» несколько затянулось, поскольку в метре от него, сбросив камуфляж, материализовался огромный антропоморфный автоматон. Зеле тут же отпрыгнула назад и зашипела подобно кошке.
— С-с-с-с-варог!
Тут же даже несколько стражей из тех, кто сейчас стоял в обороне стали оборачиваться и показывать пальцем, не зная, в какую сторону сейчас защищать. С одной стороны твари фрагментума вперемешку с автоматонами, с другой здоровенный стоячий Сварог.
Стальной гигант обвёл всех присутствующих молчаливым взглядом своего красного окуляра и остановился на Джоне, напрочь проигнорировав лейтенанта Брана.
— Мне удалось изолировать порождения фрагментума, но это временно. Рекомендую вам поторопиться с эвакуацией, человек Джон. — прозвучал его спокойный механический голос.
Бран, открыв рот, переводил взгляд с Брони на Джона, а после на Сварога. По мнению бородача эти двое испортили момент и даже помереть трагически не дали. Впрочем, быть живым ему тоже очень нравилось.
— Да чтоб у меня мошна облысела! Что за день сегодня?! Стражи! — обратился он к тем, кто был на баррикадах. — Смерть отменяется! Собирайте манатки и выдвигаемся в сторону подъёмника!
Два раза говорить не пришлось и меньше чем через минуту изрядно помятый и поредевший строй стражей выдвинулся к подъёмнику. Правда не обошлось без эксцессов.
В тот момент, когда стражи начали свой марш, позади Джона раздался жалобный писк.
— Ай-яй-яй…
Парень обернулся и увидел лежащую на земле Пелагею. Девушка поднимала с земли очки и как-то неловко поджимала ногу.
— Что случилось?
— Кажется… м-м… — полторашка болезненно поморщилась. — Кажется, подвернула.
— Я позову лекарей. — рядом оказалась Броня и Зеле.
— Не стоит, я могу идти сама. — воспользовавшись поданной Джоном рукой, Сергеевна демонстративно поднялась и действительно пошла сама. Но прихрамывая. И, кажется, чуть попискивая.
— Пелагея, не нужно себя истязать! — пыталась вразумить подругу Броня.
— И правда! — усмехнулся Джон и подхватил полторашку на руки.
— Ох, не-е-ет! Что вы делаете, мистер Джонатан?! Поставьте меня сейчас же на землю! — принялась она болтать ногами. — Я протесту-у-ую!
Джон наклонился к уху Пелы и тихо прошептал.
— Сергеевна, ты хоть немного искренности в голос добавь и прекрати улыбаться.
