Что он скажет семье Теи? Да и успеет ли сказать. В тот момент, когда трещину залатают, ее возвращение станет невозможным, и тогда… Питер не сомневается, что тогда он убьет кого-нибудь. Озборна. Мистерио. Хамелеона. Снова Озборна. Может быть, Стрэнджа с его вечными вероятностями.
Старк находит его спустя полчаса, когда Питер почти выключается — в последнее время он делает это постоянно в надежде, что уснет и больше не проснется до возвращения Теи. Теперь же он ждет, что не проснется никогда.
— Я вернулся на базу с единственной целью, парень, — говорит миллиардер, огибая развалины здания. В своем костюме он выглядит непривычно, потому что тот кажется больше него. Такого раньше не наблюдалось.
— Мне все равно, ради чего вы вернулись, мистер Старк, — равнодушно отвечает Питер.
— Закрыть разлом, — продолжает Старк. — Залатать трещины во всех мирах разом, чтобы реальность не растекалась, как лужа. Иначе катастрофа неизбежна.
Питер не смотрит на него и никак не реагирует. Поскорее бы провалиться в сон.
— Я уже согласился с вашим решением, — наконец, хрипит он. — Чего еще вы от меня ждете? Одобрения? Я никогда такое не одобрю. Можете отправить всех в их вселенные и закрывать все на свете, окей, но не ждите, что я похлопаю вам от радости, что вы спасли столько жизней. Как минимум одну вы погубите.
— Я не жду одобрения, — мотает головой Старк. — Я хочу, чтобы ты помог мне. Мы закроем все трещины, кроме одной, нашей. Через нее, если верить статистическим данным Вижна, у Теи есть шанс вернуться.
Питер уже знает, как устроен мир вероятностей, поэтому горько усмехается.
— Чем это грозит миру? Апокалипсисом?
Старк как-то странно на него смотрит. Вздыхает.
— Док считает, что смертью, но это не так важно по сравнению с жизнью Амидалы.
Питер не верит ему. Он знает, что уже никому не готов верить. И когда он хочет послать Старка в дальнее пешее путешествие, его отвлекает неожиданный вызов по кимойо на левой руке.
— Шури? — сипло отвечает он. Голограмма вакандки выглядит перепуганной.
— Питер! — восклицает та. — Питер, ты не поверишь! Тея вернулась.
========== Хрупкие фигуры ==========
— Тебя похитили полгода назад, — повторяет Шури. — Где ты была все это время, Тея?
Тея хмурится, открывает рот, не издавая ни звука. Это что, шутка? Позади них догорает на выжженном поле маленький космолет, рядом с Амидалой парит — не стоит, не сидит на земле, а парит — ее же золотокожая копия. А Шури изволит шутить— куда уж абсурднее?
— Меня похитил… — еле шевеля языком, говорит Тея, — уродец из суверенов. Пару дней назад.
Шури поджимает губы, Ева рядом с ней клонит голову.
— Что? — спрашивает у нее Тея осипшим голосом. — Сколько дней прошло, ты знаешь?..
Ева смотрит на нее с таким видом, словно ей жаль. Тея понимает из ее жестов куда больше, чем хочет, особенно сейчас, поэтому злится до слез.
— Полгода? — выдыхает она в лицо Еве. — Полгода, чертов ты пробник?
Та, возможно, обижается — понять по ее застывшему лицу это сложно, — но Тея вскакивает и, не в силах контролировать свое уставшее, измотанное пытками и страхом, тело, кидается к Еве с единственной мыслью: «Сейчас я ее покалечу».
— Что ты устроила? Как ты это сделала? Почему мы… Господи, — Тея оборачивается к ничего не подозревающей Шури со слезами в глазах. — Это ведь неправда. Я была на этом чертовом корабле всего пару дней.
Но Шури мотает головой и тяжело, удрученно вздыхает.
— Тея, — тихо произносит она, — мы ждали тебя полгода, Питер сказал, что…
Питер. Боже, Питер! Тею не держат ноги, и она снова садится прямо на землю. Ее едва успевает подхватить стражник, и она опирается на него, ничего не замечая. Руки дрожат, ноги дрожат.
— Пойдем, — говорит Шури. — Тебе и твоей… кем бы она ни была. Вам нужна помощь.
Тею ведут — почти несут на руках — в сторону королевского космолета, который везет их в сердце Ваканды. По пути Шури связывается с кем-то по кимойо, но Тея ее не слушает — в ушах шумит, в голове стучит единственная мысль о том, что ее разыгрывают, и золотокожая Ева молчаливо сидит рядом с Амидалой. Живое напоминание о пытках, которые Тея перенесла из-за нее и для нее.
— Что случилось? — хрипло спрашивает Тея на подлете к столице. Шури оборачивается к ней и странно, горько улыбается.
— Много чего. Здесь измерения сливаются, разлом в реальности, Питеры… Лучше он сам расскажет, не сейчас, хорошо? У тебя такой вид, что ты вот-вот грохнешься в обморок.
Надо полагать: Тея выглядит абсолютно изможденной в своих рваных джинсах с изодранными в кровь коленками, в дырявом свитере с наполовину оторванным рукавом, вся в пыли, царапинах от падения, с набухающей шишкой на лбу и длинным глубоким порезом вдоль виска. Она не знает, что глаза у нее кажутся пустыми и оттого незнакомыми. И она совсем не видит, как боятся все вакандцы Евы.
Едва космолет приземляется на площадке перед дворцом и Тея встает с места, чтобы выйти, ее трогает за плечо Шури.
— Ты должна кое-что знать, — предупреждающе шепчет она. Боже, что еще Амидале нужно услышать?.. — Я позвонила Питеру, он будет здесь очень скоро. Он ждал тебя, и…
