Были и относительно хорошие новости, официантка оказалась жива, она почти увернулась от лапы оборотня, удар прошёл вскользь. Сейчас она единственный пассажир в их броневике. Оставить её с Кнопкой было неправильно, поэтому сейчас она в бессознательном положении сидела зажатая между Окимом и Гехой. Везти её в лежачим положении не представлялось возможным, пол пассажирского отсека был завален припасами, и оружием . Да и она бы давно очухалась, просто Лизавета с Кариной ей споили какую то настойку, и она по их утверждениям сейчас просто крепко спала.
Ехали молча. На душе было плохо, потеря члена команды никому настроения не добавило. Усталость от копки, тоже давала, о себе знать. Да и неопределённость, что теперь будет в будущем давило. Раньше хоть у них бы дом куда можно было вернуться, сейчас всё под вопросом, да ещё под вопросом сколько осталось этому миру. Данил сидел так же как и все погрузившись в свои мысли, поэтому голос Лизаветы для него был полной неожиданностью.
– Остановиться нужно, она пришла в себя.
Данил глянул на часы, время ближе к вечеру.
– Останавливаемся. Ночевать будем здесь.
Всё равно до вечера недалеко, а тут река небольшую петлю делает, берег обрывистый, изгибом идёт, удобное место для ночлега. Пора бы нормальный лагерь разбить с палатками, а то день и ночь в кабине броневика торчат. Охота было отдохнуть нормально, просто лечь и вытянуть ноги. Поэтому ничего страшного если сегодня остановятся пораньше, да и спать улягутся пораньше. Тем более и постреляли сегодня, нужно обязательно оружие почистить.
Лизавета с Кариной занялись раненой. Староста сразу начал выгружать котёл и кухонные принадлежности, Геха с Окимом доставали топор и пилу, двинулись за дровами под охраной Оксаны и Санька. Иришка начала откручивать кожух, что бы посмотреть и смазать цепи. Бланш и Шило смотрели за округой стоя рядом с броневиком. А Данил с Рыжей пошли осмотреть берег и посмотреть опасности со стороны воды.
Этот берег был невысокий, обрывчик всего с рост человека, а противоположный берег был вообще пологий заросший изумрудной травой. Речка как обычно была не широкая, метров десять в ширину. Вода была в этом месте почему то тёмная, а ниже по течению, она была светлее цветом, мутная-белая, будто в воде растворили молоко.
– Ну посмотрели? Обратно пошли?
Рыжей тоже не терпелось быстрее обустроить лагерь, да сесть отдыхать. Данил её ни грамма
не винил. Всё в мире стремится к покою, и он сам туда стремился, на сколько не позволяла воля. А вот она что-то не позволяла, тут было что-то не так. Нет опасности вроде нет, но вот что-то не то, что-то корябало мозг. Вроде местность и местность. Редкие деревья вдоль воды, зелёная трава на той стороне, это конечно было интересно, но это было далековато, и растущие деревья были далеко, а трава так вообще на той стороне.
На этой же стороне было как обычно. Высушенная солнцем редкая трава доходила до самого обрыва. От обрыва до воды трёхметровая полоса практически высохшей глины. А больше ничего тут и не было, ну разве ящерица грелась на торчащем из земле бутовым камне.
Данил не мог поймать мысль за хвост, поэтому попросил Рыжую.
– Подожди!
Но она поняла его слова по своему.
– Нет, нет. Даже не думай, не сегодня! Такой день изматывающий, Я сегодня устала. Нет!
И на всякий случай Рыжая попятилась, чтоб Данил по обыкновению не поймал её за руку, и не увлёк вниз под овраг подальше от глаз. При отходе она споткнулась об такой же бут, рассыпав его на тонкие белые пластинки.
– Подожди!
Повторил Данил, и не стал ловить Рыжую, а быстро поспешил в сторону. Туда где высота берега сходила на нет. Спрыгнув вниз Данил пришёл ровно под то место где стаяла Рыжая.
– Ты, что так улыбаешься?
Спросила она в полном недоумении.
– Бут!
– Что?
– В глине много бутового камня. – Данил потопал ногой, – Тут нет грязи, глина твёрдая с камнями видишь.
– То есть тут брод?
– Скорее всего! Сейчас разденусь проверю, прикрывай.
Данил разделся до плавок, накинул на шею автомат, и полез в воду. Камушки на грани нестерпимой боли впивались в босые ноги, а вода была нереально холодной для степной мелкой речушки. Буквально будто в родник залез.
Данил начал заходить в воду держа автомат в правой руке. Вода была хоть и тёмная. но не такая уж и прозрачная, дно было видно на сантиметрах двадцати глубины, и то еле еле. Пожалуй нужно быстрее закупнуться, что бы вода не так обжигала. Данил начал заходить поднимая белесую муть со дна, которая течением сразу уносилась в сторону. Зайти быстро в воду не получилось, камни впивались в подошву. А дно всё не становилось глубже. На середине реки вода доходила чуть выше колена и пошла на спад. Так что пройти на ту сторону было не проблематично.
– Тут есть брод! Дно твёрдое как асфальт!
