Старца Ефрема Филофейского[50], который сейчас подвизается о Господе в Америке, он нежно любил как наименьшего из братии, называл его ласково "жучком". При каждом удобном случае хвалил его безмерное послушание старцу Иосифу. О нем он говорил: "Отец Ефрем упокоил Старца и унаследовал его молитву". Когда слышал, что отец Ефрем возглавил какой-нибудь монастырь, то говорил: "У него получится, ничто его не остановит, он получил молитву своего Старца". Старец Харалампий[51], игумен Дионисиата, был его духовником в последние годы. Исповедовались они один у другого.
Из старых игуменов очень любил отца Ефрема старец Гавриил Дионисиатский. "Батюшка, — говорил ему доверительно отец Ефрем, — я молюсь о вас". — "И я тебя записал, дитятко, — говорил старый игумен. — Вот меня и спрашивают: "В нашем монастыре только один Ефрем, а другой, которого ты записал, кто это?" — "Цыц, глупые! — говорю. — Занимайтесь своими делами"".
Покойного отца Афанасия, игумена Великой Лавры, Старец очень уважал. Они оба примерно в одно и то же время пришли на Святую Гору. Да и всех лаврских он особенно уважал и любил.
С игуменом монастыря Святого Павла, отцом Парфением, старец Ефрем был знаком издавна, еще с тех пор, когда ходил и брал из монастыря доски на строительство.
Игумена монастыря Григориата, отца Георгия, воспринимал как своего родственника, так как отцу Ефрему приходилось гостить в доме его родителей в Фалеро (Афины). Да и покойный отец игумена, Анастасий, когда в юности работал в Фивах, снимал дом, где жил отец Ефрем. Большое великодушие проявил игумен Георгий в последние годы, когда болезни жестоко мучили Старца. Много раз он присылал своих монахов-врачей, отца Димитрия и отца Луку. Они каждый раз по много дней оставались со Старцем. В ответ на их заботу, Старец одаривал их от всего сердца многими молитвами.
Он любил всех, и всеми был любим. Молодые черпали силу в живости его слов и образцовости его жизни. Пожилые знали и почитали его как истинного исихаста. Всем он дарил свое сердце, для всех был открыт, но и со вниманием сохранял цельность своей души. Для всех у него было доброе слово, и особенно для соседей. Даже с зилотами у него были прекраснейшие отношения, и он их никогда не осуждал.
Его очень волновало единство и любовь всех святогорцев. Как-то его посетил один игумен, чтобы посоветоваться по поводу серьезной темы, которая обсуждалась в Священном Киноте. "Не знаю, что тебе сказать, — ответил старец Ефрем. — Единственное, в чем я уверен, это то, что решение нужно принимать единогласно или совсем не принимать, чтобы не было расколов".
Особенно он заботился о том, чтобы поднять авторитет старцев в глазах их послушников.
Как-то старец Ефрем навестил один общежительный монастырь. Монахи приняли его с большой радостью и честью. По благословению игумена все собрались, чтобы услышать духовное слово от Старца. Когда он начал говорить, то обратился к монаху, который считался самым образованным из всех, и спросил: "Отче, что сказала царица Савская Соломону, когда убедилась в его мудрости?" Монах ответил: "Блажен ты еси". Тогда Старец воодушевленно возразил: "Нет! Она сказала: "Блаженны слуги твои, слышащие слова твои" (2 Пар. 9, 7). И продолжил: "И я это же скажу вашему игумену, который отсутствует в нашем собрании сегодня. Блаженны чада твои, святый игумен, слышащие наставления твоя! Отцы, блаженны вы есте, потому что находитесь в послушании". И продолжал далее свою излюбленную тему о послушании.
Как-то, в другой раз, Старец тоже находился в одном монастыре и говорил братии, что монах спасается послушанием, послушанием освящается. Начинает с послушания и послушанием заканчивает. Один из монахов, правая рука игумена в руководстве, в какой-то момент спросил: "И в руководстве монастыря применимо послушание, батюшка?" И Старец, обратившись к братии, с чувством сказал: "Отец М… сделал сейчас шаг назад".
В другой раз, беседуя с сестрами одного женского монастыря, он воспользовался легендой, чтобы показать, какую любовь и какое попечение должна иметь игумения о своих духовных чадах.
Как-то раз к нему подошла одна игумения и доверительно сказала: "Когда я молилась, батюшка, то мне явился Христос.
— Господи, — сказала я ему, — прошу Тебя, даруй мне Свое Царство.
— Я дарую тебе Царство Мое и все дары Мои, — ответил Он мне.
— Господи, от всего сердца благодарю Тебя, но я не одна, у меня есть и мои ученицы.
— Если будут подвизаться, то и они сопричтутся тех благ Моих, — ответил Он.
— Господи, прошу Тебя, пообещай мне, что Ты возьмешь их в Царство Свое вместе со мною. Если они не будут со мною, тогда и я не хочу быть в Царстве Твоем, — настаивала я.
— Ну что же, если ты настаиваешь, ладно, пусть войдут и они в Царство Мое. Только пусть радеют о своем труде сейчас, — ответил Христос мне с тихостью".
