— Когда я разделаюсь с вами, Ланой, вы пожалеете о том, что не воспользовались своей собственной машиной и не дали стрекача на миллионы лет в прошлое. Мы в состоянии склонить вас к сотрудничеству с нами, учтите это! Мы можем стереть вас в порошок!
На устах Ланоя все та же презрительная ухмылка. Тем же спокойным тоном он произнес:
— Начинайте хоть сейчас, комиссар. Вы, похоже, теряете самообладание, а это уже неразумно. Не говоря уже о том, что опасно.
Квеллен почувствовал справедливость этих слов Ланоя. Он изо всех сил пытался успокоиться, но это ему не удалось. Горло его было будто перевязано узлами.
— Я буду держать вас в баке до тех пор, пока вы не сгниете! — прохрипел он наконец.
Ланой пожал плечами.
— И чего вы этим добьетесь? Я стану падалью, покрытой плесенью, а вы так и не сможете передать в руки Верховного Правления технологию перемещения во времени. Между прочим, не могли бы вы немного увеличить подачу кислорода? Я начинаю задыхаться.
К своему удивлению, несмотря на его нагловатый тон, Квеллен полностью открыл кран подачи кислорода. Ливард сразу же отметил изменение в настроении своего начальника. Несомненно, наблюдатели из соседнего кабинета тоже были удивлены внезапной капитуляцией Квеллена.
— Если вы арестуете меня, — продолжал Ланой, — то я уничтожу вас, Квеллен! Я повторяю: в том, что я делал, нет ничего противозаконного! Вот поглядите, у меня есть разрешение. — Ланой вытащил документ с соответствующими печатями.
Квеллен был загнан в тупик. Ланой определенно вывел его из равновесия. Ему было несложно иметь дело с обычными преступниками, но события последних трудных дней значительно ослабили его волю. Квеллен прикусил губу, внимательно посмотрел на сидящего перед ним маленького человечка, и ему отчаянно захотелось снова очутиться где-то в дебрях Конго и бросать камешками в крокодилов.
— В любом случае я намерен прекратить этот ваш бизнес, связанный с путешествиями во времени, — произнес наконец Квеллен.
Ланой тихо засмеялся.
— Не советую вам этого делать, Квеллен.
— Здесь не вы, а я даю советы!
— Я бы не советовал вам доставлять мне хлопоты, Квеллен, — нагло повторил Ланой. — Если вы сейчас остановите поток перебежчиков, то все прошлое полетит вверх тормашками. Эти люди попали в прошлое. Это отмечено в исторических архивах. Некоторые женились и обзавелись детьми. Потомки этих детей живут сегодня.
— Я знаю обо всем этом. Мы до мельчайших подробностей обсудили теорию.
— Тогда вам следовало бы понимать, Квеллен, что вы сами, может быть, потомок какого-нибудь прыгуна, которого я наметил отправить в прошлое на следующей неделе. И если этот прыгун не попадет в прошлое, то и ваше, Квеллен, существование тотчас же прекратится, погаснет, как задутая свеча. Мне сдается, это приятный способ умереть. Но вы-то, разве вы хотите умереть?
Квеллен угрюмо смотрел куда-то в пустоту. Слова Ланоя не выходили у него из головы. Теперь стало совершенно ясно, что все это заговор, чтобы свести его с ума. Марек, Колл, Спеннер, Брогг, Джудит, Хелейн и вот теперь Ланой — все они были преисполнены решимости довести Квеллена до умопомешательства. Это был тайный сговор. Он про себя обругал все сотни миллионов толкущихся жителей Аппалачии и задумался, выпадут ли ему хоть когда-нибудь мгновения одиночества.
Он глубоко вздохнул.
— Прошлое нельзя изменить, Ланой. Мы все равно упрячем вас в тюрьму и заберем вашу машину. Тогда сами мы сможем позаботиться о том, чтобы поток прыгунов не иссякал. Мы не так уж глупы, Ланой. Мы сами позаботимся о том, чтобы все происходило так, как должно происходить.
Ланой какое-то мгновение почти что с жалостью смотрел на него, как, может быть, смотрят на особо редкую бабочку, наколотую на булавку на выставочном стенде.
— Таков ваш ход в игре, комиссар? Вы на самом деле считаете, что научитесь управлять машиной?
— Я в этом уверен.
— В таком случае, мне придется принять меры, чтобы защитить себя.
Квеллену стало немного не по себе.
— Что же вы сможете сделать?
— Посмотрим. Предположим, вы на какое-то время поместите меня в арестантский бак, а сами тем временем рассмотрите имеющиеся у вас возможности. Затем заберете меня из бака и снова переговорите со мной. С глазу на глаз. У меня есть для вас кое-что интересное. Но вы, думаю, не захотите, чтобы об этом слышал кто-нибудь еще.
Над его головой разверзся какой-то проем, будто невидимая рука расстегнула на себе застежку-молнию. Норм Помрат вышел в этот проем и провалился вниз. Его желудок воспротивился этому внезапному падению с высоты. “Ланой мог бы предупредить меня об этом”, — подумал Помрат. В последний момент он изогнулся и приземлился на бок и левую ногу, стукнувшись коленной чашечкой о мостовую. Помрат охнул и на какое-то время превратился в неподвижную груду костей, кожи и мускулов, которая мучительно пульсировала в тех местах, которые он ушиб.
