Будем мы питьдрагоценный напиток,хоть счастье и землимы потеряли!Не запевайтегорести песен,видя моикровавые раны!Отныне в курганесо мною, убитым,знатная девавместе пребудет!»

Сигрун постелила постель в кургане:

<p>47</p>«Здесь тебе, Хельги,ложе готово, —радости ложе,Ильвингов родич;в объятьях твоихуснуть бы хотела,как с конунгом яживым уснула б!»<p>48</p>

Хельги сказал:

«Ныне нет ничего,ни поздно, ни рано,что невозможнымв Севафьёлль было б,если в объятьяхмертвого спишь,в кургане его,Сигрун, дочь Хёгни,ты, живая,рожденная конунгом!<p>49</p>Ехать пора мнепо алой дороге,[429]на бледном коне[430]по воздушной тропе;путь мой направлюна запад от неба,прежде чем Сальгофнир[431]героев разбудит».

Хельги и его воины ускакали, а Сигрун со служанкой вернулась домой. На следующий вечер Сигрун велела служанке стоять на страже у кургана. И в сумерки, когда Сигрун пришла к кургану, она сказала:

<p>50</p>«Если б приехатьсюда собиралсяСигмунда сыниз дома Одина!Нет, не приедет,померкла надежда,если орлына ясень садятся,а люди идутна тинг сновидений[432]».<p>51</p>

Служанка сказала:

«Не будь безумной,одна не ходи ты,конунга дочь,в мертвых жилище!Ночью сильнейстановятся всемертвые воины,чем днем при солнце».

Сигрун вскоре умерла от скорби и печали.

В древнее время верили, что люди рождаются вновь, но теперь это считают бабьими сказками. Говорят, что Хельги и Сигрун родились вновь. Он звался тогда Хельги Хаддингьяскати, а она – Кара, дочь Хальвдана, как об этом рассказывается в Песни о Каре.[433] Она была валькирией.

<p>О смерти Синфьётли</p>

Сигмунд, сын Вёльсунга, был конунгом во Фраккланде.[434] Синфьётли был его старшим сыном, вторым был Хельги третьим – Хамунд. У Боргхильд, жены Сигмунда, был брат, которого звали…![435] И вот Синфьётли, её пасынок, и… посватались оба к одной женщине, и поэтому Синфьётли убил его. А когда он вернулся домой, Боргхильд велела ему уехать прочь, но Сигмунд предложил ей выкуп, и ей пришлось его принять. На тризне Боргхильд подавала пиво. Она взяла яд – большой полный рог – и поднесла Синфьётли. Но когда он заглянул в рог, он понял, что в нем яд, и сказал Сигмунду: «Мутен напиток, батюшка!». Сигмунд взял рог и выпил. Говорят, что Сигмунд был нечувствителен к яду, так что он не мог повредить ему ни снаружи, ни внутри. Но все сыновья его были нечувствительны к яду только снаружи. Боргхильд поднесла Синфьётли второй рог и просила выпить, и снова произошло то же самое. И в третий раз поднесла она ему рог – и на этот раз понося его за то, что он его не пьет. Он снова сказал то же самое Сигмунду. Тот сказал: «Выпей, сын[436]» Синфьётли выпил и сразу умер. Сигмунд понес его далеко в своих руках и пришел к некоему узкому и длинному фьорду, и там была небольшая ладья и на ней какой-то человек.[437] Он предложил Сигмунду перевезти его через фьорд. И когда Сигмунд внес труп на ладью, она стала нагруженной полностью. Человек сказал Сигмунду, чтобы тот ехал внутрь фьорда. Человек оттолкнул ладью и сразу же исчез.

Конунг Сигмунд долго жил во владениях Боргхильд, после того как на ней женился. Затем Сигмунд поехал на юг во Фраккланд во владения, которые у него там были. Там он женился на Хьёрдис, дочери конунга Эйлими. Сигурд был их сын. Конунг Сигмунд погиб в битве с сыновьями Хундинга, а Хьёрдис вышла замуж за Альва, сына конунга Хьяльпрека. Сигурд провел там детство. Сигмунд и все его сыновья намного превосходили всех прочих мужей силой, ростом, мужеством и всеми доблестями. Но Сигурд превосходил их всех, и в преданиях все его называют первым из мужей и великолепнейшим из конунгов.

<p>Пророчество Грипира<a l:href="#n_438" type="note">[438]</a></p>

Грипиром звался сын Эйлими, брат Хьёрдис. Он правил землями и был мудрейшим из всех людей и знал будущее. Сигурд ехал один и приехал в палаты Грипира. Сигурда было легко узнать. Он встретил какого-то человека и обратился к нему снаружи перед домом. Тот назвался Гейтиром. Сигурд вступил с ним в разговор и спросил:

<p>1</p>«Кто здесь живетв этих палатах?Как люди зовутконунга славного?»

Гейтир сказал:

Перейти на страницу:

Похожие книги