Я фыркнула, выражая в этом звуке все то, что я думаю о Лиене, и хлопнула в ладоши. Свет погас, и я услышала, как он встает с кровати. Я же напротив, быстро юркнула под свое одеяло и притаилась. Лунный свет проникал сквозь неплотно задернутые шторы, и чуть приоткрыв глаза я видела силуэт Лиена. Лицо его оставалось в тени, но я прекрасно видела все остальное. Вот он медленно расстегивает пуговицы на рубашке, и я вижу его торс, ни одной лишней линии, плоский живот, будто вылепленный руками скульптора. Рубашка медленно сползла с плеч, открыв лунному свету мускулистые плечи, и я вспомнила, как он крепко меня обнимал. Его руки опустились к застежке на брюках, и я вдруг поняла, что он видит, как я за ним наблюдаю. Кровь отхлынула от моего лица, и я замерла. Он специально так медленно раздевался, что бы я могла запечатлеть каждое его движение! О, боги, я убью этого волка! Я выругалась и накрылась одеялом с головой. Сквозь толстый слой услышала, как он тихо рассмеялся. Наконец, звуки по ту сторону кровати затихли, и я, семь раз покрывшись потом от того, что была в пижаме, халате и под одеялом, тихонько развязала завязки и стянула халат. Прислушалась к ровному дыханию, и решила, что можно немного раскрыться. И еще долго лежала, вздрагивая от каждого движения Лиена. В конце концов, уже почти под утро, измаявшись от собственных страхов незаметно уснула.
Когда я наконец открыла глаза, в комнате уже никого не было. Я еще немного повалялась, когда тихонько заглянула Виолетта:
– Доброе утро, ваша светлость.
– Доброе утро.
– Его светлость завтракает, желаете присоединиться?
– А граф?
– Граф тут, в холле, читает утреннюю газету.
– Вот, он то мне и нужен.
Я соскочила с кровати, и бегом побежала в ванную. Умылась и посмотрела в зеркало на свое отражение. Да уж. Под глазами круги, сами глаза с еле заметной красной сеточкой. Я прижала пальцы к нижним векам и добавила чуть-чуть силы. Круги исчезли, а кожа засияла. Вот так ведьмами и становятся, почему-то пришла в голову мысль.
Вышла в комнату и надела легкое бежевое платье. Виолетта затянула шнуровку, и я, присев на мягкий пуф, терпеливо ждала, когда она мне соорудит прическу. Как же мне не хватает Кати! Наконец я вскочила и выглянула в холл. Макс сидел возле окна, и на звук открываемой двери сместил газету так, чтобы я могла видеть только его глаза. Я стремительно направилась в его сторону, а он, вскочив, выставил перед собой руки:
– Эль, да, я знал, что спален всего две, но у нас не было другого выбора, ты же сама понимаешь.
Я остановилась возле него, и уперев руки в бока с угрозой на него посмотрела. А он, понимая, что в принципе, сейчас его точно никто не будет убивать, выдохнул и продолжил:
– Зато смотри как все получилось. Никто не знает, что с графом Карлатонским мы не знакомы, и тем самым мы вызовем меньше подозрений. Все идеально сложилось.
– Макс, – я опустила руки, – мне кажется, он меня соблазняет, – последние слова окрасили мои щеки румянцем.
– Кто? – Макс выпучил глаза, – граф? Он же покойник!
– Да причем тут граф, – я махнула рукой и уселась на пуф, – Лиен.
– Что значит соблазняет? – прищурился Макс.
– Нуууу… он вчера вытирал мои волосы.
– Не понял, – Макс нахмурился.
– Я вышла из ванной, с полотенцем, а он снял его и начал вытирать мои волосы, согласись, это более, чем странно.
– И все?
– Нет. Я погасила свет, а он намеренно начал медленно раздеваться. Он знал, что я смотрю.
– А зачем ты смотрела? – Макс откинулся чуть назад.
– Я… я не знаю. Так получилось.
Макс замолчал и опустил глаза, раздумывая, а я собралась с духом и спросила:
– Вы столько лет вместе, у него же были женщины, ну… когда вы были на земле?
– Были, Эль.
– Ясно. И он ведь не любил ни одну из них?
Макс внимательно на меня посмотрел:
– Нет, Эль. Ни одну из них он не любил.
– Значит, если мужчина не любит женщину, он все равно может… ну…
– Да, может.
Я почувствовала, что мои щеки пылают. Остался последний вопрос, который мучал меня пол ночи.
– Макс. А с Девой, она же была его Хранительницей, он…
– Да.
– Ясно.
Я поднялась.
– Ты завтракал?
Макс кивнул.
– Не мог бы ты мне составить компанию? Я просто не смогу сейчас с ним наедине…
– Да, конечно. Потерпи чуть-чуть, Эль. Я думаю, он просто видит в тебе самку.
– Самку? – вот уж сравнение.
– Ну да, он же волк. А сейчас его волчьи инстинкты сильнее человеческой сущности. И мы знаем почему.
– Он может меня заставить? – я вдруг поежилась. Я не знала Лиена который был сейчас рядом со мной.
– Заставить? Нет. Скорее заставить тебя, чтобы ты захотела сама, и пришла к нему, это да. Он раньше любил играть в такие игры.
Я замотала головой:
– Все. Довольно. Больше я ничего не хочу слышать.
Мы спустились вниз, и прошли в столовую. Макс помог мне усесться, и Барнот легким кивком отправил ко мне слугу. Лиен посмотрел на нас, и чуть улыбнувшись, сказал:
– Доброе утро, дорогая. Как спалось?
Я чуть прищурилась, но ответила:
– Спасибо, милый, не очень хорошо.
– Что же? – Лиен оторвался от яичницы и с деланым участием посмотрел на меня.
