Лифт остановился на самом верхнем этаже, помеченном буквой «P».
Лифт открыл двери в очень короткий коридор, заканчивающийся дверью. Блейк открыл её своим специальным ключом.
Нас ожидало тёмное дерево и приглушённое освещение. Справа стояла изогнутая барная стойка, за которой стоял Эндерс и вытирал до блеска стаканы.
— Добро пожаловать, Блейк.
— Хэй, Генри.
Блейк не остановился, а направился мимо группы кожаных сидений к застеклённым дверям. Когда он провёл рукой по сенсорной коробке рядом с ними, двери открылись.
Мы вышли на просторную террасу. Модернизованный квадратный фонтанчик стоял в центре. Его успокаивающее журчание перекрывало шум города. Когда я подошла к горшковым пальмам, стоявшим по периметру террасы, и посмотрела сквозь них, я поняла, зачем они были нужны. Они служили зелёной изгородью, защищающими вид, так как мы были окружены старыми грязными зданиями. Некоторые из зданий были полностью разрушены, будто от огромного кулака. Я повернулась спиной к руинам.
— Так, это принадлежит твоей семье?
Он кивнул.
— Мои люди используют это здание в основном перед посещением оперы или праздников в концертном зале. Однако работники не любят, когда я здесь появляюсь без моего деда, для них я просто надоедливый ребёнок, не более.
— Я бы с удовольствием жила в этих комнатах, всё равно, как они со мной обращаются.
Он подвёл меня к двум шезлонгам. Я села на краешек этой ценной мебели, а он в это время, нажав на кнопку, поставил спинку своего вертикально.
— Чувствуй себя как дома!
— Я тогда засну.
— Ничего страшного.
— Мы не должны идти на это награждение?
— До этого ещё полно времени.
Бармен вынес два бокала и, поставив их на низкий стол перед нами, оставил нас опять наедине. Я откинулась на спинку и расслабилась.
— Так что, Кэлли, как ты себя чувствуешь?
Я наблюдала за ватными облаками на синем небе. Я бы предпочла рассказать ему всю историю.
— Спасибо, помаленьку.
Он вытянул руку, положил на спинку моего лежака и принялся гладить меня по волосам. Когда его пальцы приблизились к чипу, я отстранилась.
— Что с тобой? — спросил он.
— Ничего.
— Кэлли, ну давай же.
Что мне ему сказать? Я решила рассказать правду.
— Я должная была подвергнуться хирургическому вмешательству.
— Хирургическому вмешательству?
Я искала какую-нибудь историю, чтобы она хоть немного была похожа на правду, но ничего не смогла придумать. Поэтому опять сказала правду.
— Я не хочу об этом говорить.
На его лице читалась озабоченность.
— Это очень... личное, — сказала я.
Он взял мою руку.
— Я знаю, что мы друг друга еще не так давно знаем, но я надеялся, что ты мне доверяешь.
— Дело не в этом. Просто... между нами всё так хорошо.
— И ты боишься, что отвернусь, если ты мне расскажешь, из-за чего была операция? Ты считаешь меня действительно таким поверхностным?
Мои губы дрожали, а я ничего не могла с этим подделать.
— Нет, не считаю.
Он сжал мою руку.
— Никакая, даже самая ужасная правда не сможет изменить моих чувств к тебе. Я хочу тебя узнать. Всё о тебе.
Он понятия не имел, как заблуждался.
— Пожалуйста, не принуждай меня к этому. Иногда совершаешь вещи, о которых впоследствии жалеешь.
— У всех так.
Он хотел меня утешить. Ах, если бы всё было действительно так просто. Тогда бы я никогда в жизни не пошла в Прайм.
С другой стороны, тогда бы я его никогда не встретила. Я заметила, как солнце постепенно начало скрываться за домами.
— Мы не должны скоро уже идти?
Онвзял меня за руки и помог встать.
— Идём!
Он отвёл меня внутрь, провёл по коридору и открыл одну из дверей. Оформленная в нежных розовых тонах комната точно принадлежала девушке.
— Это комната моей сестры.
Он открыл шкаф и указал на огромное количество сверкающих вечерних платьев, от длинных до коктейльных. Самых разных стилей, от старых фильмов до ретро платьев. На верхних полках стояли прозрачные коробки со сверкающими шпильками и сумочками.
Он провёл рукой по сенсору, и коробки повернулись так, что ещё больше моделей было видно в глубине.
— Она любит ходить по магазинам, — он закатил глаза.
— Я понятия не имела, что у тебя есть сестра.
— Она на севере, у моей двоюродной бабушки.
Я провела кончиками пальцев по дорогой ткани.
— Что она там делает?
— Шопинг.
Облокотившись о стену рядом со мной, он посмотрел на меня. Я поняла, что он хотел продолжить то, на чём мы остановились. Его лицо было в паре сантиметров от моего.
Наклонившись немного ко мне, он поцеловал меня. Поцеловал меня. Я мечтала, чтобы этот поцелуй никогда не заканчивался.
Я думала, что лучше уже и быть не может, но в этом ошиблась. Обернув руки вокруг его шеи, я притянула Блейка ближе к себе. Он обнял меня за талию, и я прижалась как можно ближе к нему.
— Нам лучше идти, — прошептала я. — Иначе мы опоздаем.
Он кивнул и медленно пошёл к двери.
— Позови меня, когда оденешься.
