Ну все, с самым важным делом, кроме поступления в секту, разобрался. Даже на душе немного полегчало. Теперь осталось ждать ответа и просто жить, коротая время до испытания в новом городе, в чистом и спокойном Циншуе.
Я вернулся в секту, поужинал и лег спать, а утром, едва рассвело, двинулся на реку — купаться и заниматься техникой усвоения энергии подальше от любопытных глаз.
Хорошо, что ушел не на пару часов, а всего на час. Вернувшись в секту, сразу заметил столпотворение на общем плацу. На плотно подогнанных камнях собралось не меньше сотни подростков-кандидатов: они переминались с ноги на ногу, уже успели разбиться на стихийные группки и переговаривались между собой шёпотом. Кто-то нервно поглядывал по сторонам, рассматривая конкурентов. Большинство одето в оборванную одежду, от солнца и многократных стирок выцветшую почти до белого, в латаные многократно штаны и разваливающуюся обувь. Искатели лучшей жизни из окрестных городов.
Я с лёгкой тревогой осмотрел толпу, зацепился взглядом за случайного мальчишку, который выглядел чуть младше меня, держался увереннее большинства и просто стоял на одном месте со скучающим видом. Я пошёл в его сторону, махнул рукой, привлекая внимание и приветствуя.
— Что за столпотворение? — спросил я спокойно твёрдым голосом.
— Нас собирают для испытания, — спокойно ответил мальчишка. — Хоть бы предупредили или день задали. Вон, смотри, все напряжённые какие.
Я благодарно кивнул и прошёл немного вглубь толпы, размышляя о том, как бы сложилась моя судьба, задержись я у речки. Вряд ли для пропустивших испытание здесь есть возможность «закрыть хвосты».
Тем временем на небольшую, заранее сюда принесённую на плац деревянную сцену с трибуной, вышел человек из секты Тьмы. Его должность интуитивно угадывалась по чёрной одежде, схожей с мантией мастера Линя. На мантии этого человека тоже было квадратное белое поле с черным кругом посередине — символика секты Тьмы.
Мужчина встал за трибуну и громко произнёс:
— Построиться!
Его голос прокатился раскатным эхом по всему плацу. Такому человеку и микрофон не нужен.
Подростки замерли, гомон на секунду затих, но быстро усилился и перерос в неприятный галдёж. Мастер спокойно наблюдал за толпой со своей сцены в ожидании. И сколько таких толп кандидатов он уже перестроил за свою жизнь?
Некоторые кандидаты зашевелились, пытаясь предпринять хоть что-то, но большинство осталось на месте, кажется, никто не понимал, чего от них требует сектант.
— А как это — строиться? — раздался чей-то громкий и низкий не по годам голос из середины толпы.
Его вопрос услышали почти все, и сразу же поддержали: загомонили, залопотали. Только после этого до меня дошло, в чём же проблема замешательства.
Я едва удержался, чтобы не закатить глаза. С другой стороны, даже если кто-то из этих ребят и слышал про дисциплину и порядок, вряд ли имел опыт службы и слышал хоть раз команду «построиться». К тому же мастер никого не торопил, да и команда его не обозначала строгих рамок построения: в шеренгу или колонны, по сколько и по какой линии. Мастер пока что просто наблюдал, а меня снова посетили размышления на тему того, что испытание уже началось.
Я понял, что если сейчас никто не возьмёт ситуацию под контроль, то мы будем стоять здесь до ночи, а потом строем отправимся по домам.
— Эй! — окликнул я ближайших ребят. — Давайте в линию! Плечом к плечу! Знаете, что такое линия⁈
Сперва на меня не обратили внимания. Пришлось действовать решительнее простых комментариев.
— Быстрее, если не хотите стоять здесь до завтра! — Я схватил одного мельтешащего парнишку за плечо и поставил его рядом с тем, который стоял спокойно и не двигался. Затем подтолкнул ещё одного. — Становись рядом! Да не там! Сюда, плечом к плечу!
Постепенно они начали понимать суть, возможно, подействовали мои слова про «до завтра стоять». Те, кого я выставлял вручную, оставались на своих местах, а остальные уже начали выстраиваться рядом с ними и позади, но не обходилось и без дурней. Поначалу это походило на попытку выстроить стадо баранов, которые не понимают ни слов, ни жестов. Однако через несколько минут с горем пополам строй всё-таки образовался. Кривой и косой, но всё-таки строй, а не бесформенное столпотворение.
Мужчина посмотрел на меня со сцены нечитаемым взглядом, но едва заметно кивнул. Теперь многие кандидаты косились на меня, видимо, гадая, кто я такой, и откуда знаком со словом «строй».
Я скрестил руки на груди и отступил за спины первой шеренги.
— Меня зовут наставник Зуго. — Его голос, резкий и властный, заставил смолкнуть всех шептунов. — Итак, сейчас я расскажу, в чем будет заключаться первое испытание! Сначала мы побежим вдоль реки. Забег продлится до обеда. Темп… щадящий.
Я тихо хмыкнул про себя, услышав слово «щадящий». Для кого? Для этих новичков такое испытание превратится в настоящий ад уже к полудню.
Наставник продолжил:
— Кто в конце забега отстанет больше чем на триста метров от меня — может разворачиваться и идти домой. Испытание он уже провалил. Все ясно?
— Да! — нестройно закивали люди.
