Фаэлина почувствовала, как внутри нее закипает гнев. Но этот гнев был бессильным — она знала, что не сможет ничего сделать Ян Стапу и его людям.
Ветер совершенно не вовремя усилился. Река продолжала течь своим ходом; солнце светило так же ярко, но мир вокруг будто стал враждебным и чужим.
Ян Стап сменил тон на будничный, словно обсуждал какую-то мелочь:
— Слушай внимательно. Говорят, твой друг Китт Бронсон недавно пересекся с одной женщиной в Циншуе, женой практика из секты. Она была у него на массаже… Ну ты знаешь этих избалованных мальчиков. Она всего лишь вела себя с ним не столь обходительно, как он привык. И знаешь что? Этот подонок отволок ее в трущобы! Избил и едва не изнасиловал! Представляешь? Негодяй какой.
Стап покачал головой с притворным сожалением и продолжил:
— Вот прямо час назад это случилось. И его нужно наказать за содеянное. Ведь это выходит за всяческие рамки приличия, ты согласна? Не сомневаюсь, что ты видела произошедшее — ты ведь большая умница и очень наблюдательная девушка.
Фаэлина почувствовала себя так, будто ее ударили по лицу. Она открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли у нее в горле.
— От тебя требуется всего лишь подтвердить произошедшее перед судом секты. Это ведь совсем просто! — Ян Стап улыбнулся хищной улыбкой. — Не бойся, твоему другу ничего серьезного не грозит. Пройдет суд, и его решение сделает Китта малость сговорчивее.
Он сделал паузу и добавил уже жестче:
— Ты же понимаешь, что ни при каком раскладе не стоит упоминать меня? Разумеется, если тебе дорог твой старик.
Фаэлина стояла, словно приросла к земле, не в силах отвести взгляд от сцены перед собой. Удилище в руках отца изогнулось, отец принялся выуживать рыбу: водил удилищем и отступал дальше на берег, пока не вытащил на траву большую рыбину.
— Язя поймал, — довольно шепнул Ян Стап, не спеша убирать невыносимо ледяную руку с плеча девушки. — Какой молодец.
Я сидел в своей комнате, перебирая травы, которые недавно принес из леса Жулай. Солнечный свет пробивался вз окно, заливая комнату мягким золотистым светом. В голове крутились мысли о новом усиливающем отваре — сердце и кровь Костяного волка все еще были у меня.
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Фаэлина. Ее лицо было бледным, а глаза — красными, опухшими. Она тяжело дышала, будто бежала сюда без остановки.
— Фаэлина? — отложил я травы на стол. — Что случилось?
Она ответила не сразу. Девушка кинулась на меня и обняла, будто спасательный круг. Шмыгнула носом.
— Это… это Ян Стап!.. — начала она, но голос сорвался, и девушка всхлипнула. — Он угрожает моему отцу! Черт, этот ублюдок хочет, чтобы я подтвердила его слова в суде, но я знаю эту схему — если пойти на поводу шантажиста, выйти будет еще сложнее! Китт, что делать⁈
— Давай спокойнее и по-порядку: что он сделал? — спокойно спросил я, обнимая девушку.
И тогда Фаэлина сорвалась на истерику. Девушка забубнила мне на ухо, быстро, сбивчиво, словно боялась, что не успеет рассказать все до того, как ее захлестнут рыдания. Она рассказала, как Ян Стап привел своих людей к реке, где ее отец занимался рыбалкой. Как он заставил ее смотреть на арбалеты, направленные на беззащитного человека. Как он шантажировал ее, требуя лжесвидетельствовать против меня.
— Он сказал… сказал, что если я не соглашусь, они убьют моего отца! О Ками…
Я обнял девушку крепче:
— Так, никто никого не убьет, поняла? Ты молодец. Ян хотел сыграть на твоих эмоциях, и у него не получилось. Мы сейчас пойдем к мастеру Линю, и практики умнее и сильнее нас придумают, что с этим делать.
Не знаю, поверила ли мне Фаэлина: девушка разрыдалась, прильнув ко мне.
Через несколько минут я уже стоял перед дверью мастера Линя. Постучавшись, я вошел внутрь.
Мастер сидел за низким столом, изучая свиток с какими-то записями.
— Что-то случилось, Китт? — спросил он, отложив свиток в сторону. — Сейчас не самое подходящее время, если ты пришел по поводу прошлых тем.
Я глубоко вдохнул и начал рассказывать все, что узнал от Фаэлины. О шантаже Ян Стапа, о его угрозах ее отцу, об арбалетчиках. Девушка, стоящая рядом, только кивала.
Мастер Линь слушал молча, его лицо постепенно мрачнело. Когда я закончил, старый мастер на мгновение закрыл глаза.
— Вы правильно сделали, рассказав мне это. Было бы гораздо хуже, если бы вы попытались самостоятельно справиться с проблемой — думаю, этот подонок уже просчитал, что девушка все тебе расскажет, и выстроил какие-то планы и на этот счет. Ян Стап — давняя проблема секты, и, похоже, пришло время разобраться с ней окончательно.
Он поднялся на ноги и вышел из домика. Кликнув ближайшего слугу, который нес мешок с крупой на кухню, он приказал:
— Собери десяток адептов, если надо — снимай с постов. Жду их при оружии возле ворот.
Через пару минут к воротам начали подходить люди.
Высокий мужчина с двухметровым мечом-рельсой за спиной.
Широкоплечая женщина с собрания, на котором обсуждали нападение школы Небесного гнева.
Незнакомый мужчина с массивностью скалы.
