Цепкий взгляд старика не вязался с образом чудака, выбравшегося за околицу с куском дрянного металла на поясе, а движения были скупыми и не такими уж медлительными для человека его возраста. Разве что шарканье сапог по траве было каким-то излишне карикатурным, что ли.
Незнакомец безо всякой опаски осмотрел меня, медленно приближаясь. За пять метров от костра остановился и чуть наклонил голову.
— Добрый вечер, путник, — произнёс он хрипловатым голосом. — Не помешаю ли я тебе? Увидел огонь и подумал: может, позволишь погреться?
Я ответил не сразу. Я внимательно наблюдал за ним, а разум напряжённо анализировал ситуацию. Ночь, лес, далеко от человеческого жилья, и вдруг этот старик появляется будто из ниоткуда.
Случайность? Возможно. Может, старик иногда ночует в домике. Но что он делает здесь в таком виде? Не охотник, не пахарь, не сборщик. По виду больше похож на престарелого разбойника.
Я зыркнул по сторонам, но не увидел там подкрадывающихся сотоварищей старого. Да и шорохов больше не было слышно.
— Садитесь, — наконец сказал я, жестом указав на место напротив костра. — Ночь холодная.
Он благодарно кивнул, подошёл ближе и опустился на землю с довольным покряхтыванием, будто рад размять кости.
Я тоже уселся, тем не менее, не выпуская копья из рук, и внимательно следил за каждым его жестом. За тем, как старик усаживается напротив меня, как подбивает полы плаща под задницу, чтобы мягче и теплее сиделось. Попутно замечаю ещё одну странность: сапоги старика выглядят так, будто прошли половину мира. Рассохшиеся, с трещинами возле носка, не смазанные маслом. Но при этом на них нет ни пылинки.
Но больше всего меня насторожило другое. Я его не ощущал. Видел по ту сторону костра морщинистое лицо с глубокими складками у рта, седые волосы, редкую бороду, слышал его голос и даже лёгкий шум дыхания. Но стоило мне отвести взгляд и сосредоточиться на потоках Ци вокруг, как старик исчезал, будто его здесь вообще не было. Потоки энергии текли вокруг него и сквозь него так же свободно, как сквозь камни или поваленные деревья. Это было странно, неправильно. А от странностей я не привык ждать ничего хорошего.
Старик спокойно устроился и потянул руки к огню.
— Благодарю за гостеприимство. В наше время мало кто готов разделить тепло с незнакомцем.
От странного старика (или существа в чужом теле?) фраза прозвучала странно. Да и вообще подтекст сказанного мне не понравился. Однако я кивнул в ответ, продолжая внимательно наблюдать за гостем.
Маскировка у этого существа — если это вообще человек — оставляла желать лучшего. Вряд ли кто-то настолько глуп или беспечен, чтобы просто выйти к костру ночью с таким дрянным оружием на поясе. Особенно ночью.
У меня было две версии. Первая: он практик настолько высокой стадии, что может полностью скрывать своё присутствие в потоках Ци. Это объясняло бы его странную «невидимость», но тогда возникает вопрос: зачем такому мастеру вообще выходить ко мне? Просто чтобы погреться у костра? Смешно.
Вторая версия была куда более вероятной: он екай или какое-то другое существо из числа тех, кого люди предпочитают не встречать в тёмное время суток. Возможно, он принял облик старика специально, чтобы выглядеть менее угрожающе. От этого мира можно ожидать чего угодно, даже превращения старика в огромную прямоходящую крысу.
Я решил не делать поспешных выводов и пока просто наблюдать. Если он действительно екай или что-то подобное — рано или поздно он себя выдаст. А если он действительно практик или аномально невосприимчивый к Ци, гуляющий по ночам старик с прогрессирующей деменцией, тогда мы просто поговорим.
Путник тем временем сидел молча, грея руки у костра и изредка бросая на меня спокойные взгляды из-под густых бровей.
Я положил копье в траву, но ладонь с нее убирать не стал. Лучше быть готовым ко всему.
— Вы давно в пути? — спросил я наконец, разрушая затянувшуюся тишину.
— Давно-о… — протянул он задумчиво. — Уже и не помню точно. Думал осесть где-то, но долго оставаться на одном месте не получается.
Его ответ был расплывчатым и ни о чём. Ладно. Поиграем в эту игру.
Я достал из сумки кусок мяса и лепешку. Сам я уже наелся, но интересно, откажется ли от еды старик. Сам он выглядел так, будто не ел уже несколько дней.
— Возьмите, — сказал я, и перебросил через костер еду.
Он взглянул на меня с благодарностью, пробормотал быстрое «спасибо», перехватил затвердевшее мясо и жадно впился в него зубами.
Здесь я опять невольно напрягся. Зубы старика были длиннее, чем у обычных людей. Желтоватые, с удлиненными клыками, как у хищника. Старый с аппетитом наворачивал каменное мясо, будто это была его первая пища за много лет. Или последняя.
С одной стороны — жутковато, а с другой — он ведь мясо ест, а не на меня голодным взглядом косится.
— Благодарю, добрый человек, — сказал он, закончив с мясом. К лепешке даже не притронулся — отложил на траву. — В наше время нечасто встретишь того, кто готов поделиться со случайным прохожим. Ты добр и щедр.
