Когда я сказал, что меня в секте не держит ничего, кроме занятий с мечницей, я немного слукавил. Была ещё одна вещь, которая непременно приносила мне удовольствие — дрессировка дракона.
Как-то так получилось, что с питомцем занимались и я, и мои приятели. Девчонки в основном купали и кормили Раккара, Жулай старался дрессировать по правилам, по крохам, вычитанным в библиотечных книгах. Но средневековые правила дрессировки не сравнятся с советами специалистов двадцать первого века, съевшим собаку на дрессировках настоящих собак.
Я далеко не профессиональный дрессировщик, но у меня когда-то тоже была собака, и я одно время интересовался дрессировкой. Тут прочитал статью, там — кусок книги профессионального кинолога. Где-то услышал совет, где-то увидел полезный приём. По итогу, когда я начал вспоминать всё, что знаю о дрессировке, и с помощью навыка анализа компоновать эти знания в чёткие правила, понял: на самом деле знаю я не так уж и мало. Я не был уверен, хватит ли этого для дрессировки целого дракона, но пока моих знаний для этого достаточно. Я с лёгкостью обходил Жулая в дрессировке и с интересом наблюдал за прогрессом дракончика.
С момента, как дракон вылупился, прошло полтора месяца. Он рос и креп удивительно быстро, не в последнюю очередь благодаря зельям, которыми я его поил. За это время Раккар превратился в пятидесятикилограммовую махину, способную потягаться голой силой с практиками ранга пробуждения.
Дракон выглядел внушительно. Его туловище стало крепким, а мышцы на спине — самой развитой части тела дракона — топорщились горбом. Мускулов было много, и они толстыми веревками оплетали основания крыльев, которые теперь были не тонкими и кожистыми, как у куренка, а плотными и большими — такими и должны быть крылья существа, способного поднять себя в воздух. Размах крыльев дракона превышал длину его тела примерно в полтора раза. Гибкая длинная шея достигала семидесяти пяти сантиметров. Лапы были коротковаты по сравнению с туловищем, но это не мешало дракону во время прогулок носиться между деревьями леса Туманов с ловкостью молнии.
Я старался заниматься с драконом, когда рядом не было ни девчонок, ни Жулая. Чтобы дракон не сбегал, я вешал себе на пояс мешочек с мясом, пропитанным привлекательными для дракона зельями (подобрал путем перебора). Правда, сейчас я неудачно подгадал время: когда я повёл дракона к лесу Туманов, на наше постоянное место занятий, за мной увязались Жулай и Апелий. Парни шли чуть поодаль и не мешали мне ни советами, ни громкими разговорами, так что я смирился с их компанией: ничего особо секретного в своих тренировках я не видел.
Я дошёл до обгорелого поваленного дерева и в очередной раз почесал шею прильнувшего ко мне дракона. Красная чешуя на его шее уже успела затвердеть; Лиса и Сиона жаловались, что чешуя затвердела настолько, что царапает пальцы до крови, но на моём ранге это пока не ощущалось — я будто отполированное дерево погладил.
Похлопываю дракона по шее. Зверёныш довольно урчит, расправляет крылья и прыгает на обгорелое дерево, неловко помогая себе взмахами, — ложится на облюбованное место. При этом он внимательно смотрит на меня, едва ли не виляя хвостом.
Питомец по-прежнему относился ко мне, как и в первые дни наших дрессировок. Дракончик вытянулся, изрядно подрос, но в его глазах всё равно застыл тот же щенячий блеск — смесь азарта и искренней любви. Питомец по-прежнему более лоялен ко мне, чем к подросткам, которые занимались с ним и проводили с ним времени куда больше, чем я.
Ладно, слишком много отстраненных размышлений. Пожалуй, пора переходить к тренировкам.
Я потянулся к мешочку на поясе. Опытным путём выяснилось, что драконы, как и собаки, отлично понимают принцип поощрения вкусняшкой.
— Ко мне, — командую я чётко.
Дракон дёргает хвостом, но не срывается с места. Я повторяю команду снова — ровной, но требовательной интонацией:
— Ко мне!
Развязываю тесёмки на мешочке, достаю пластинку мяса и спокойно повторяю:
— Ко мне!
На этот раз дракончик с готовностью рвётся ко мне. Пасть клацает в паре сантиметров от мяса — я едва успеваю убрать руку.
— Молодец, — добавляю я.
Пока дракончик смотрит на меня щенячьими глазами, мясо летит в воздух. Секунду спустя пасть дракона хлопает, как медвежий капкан. Зубы у молодого дракона появились ещё на второй неделе, а сейчас уже отросли настолько, что он мог бы оттяпать чью-нибудь кисть. Не знаю, виной тому растущие зубы, или проказливый характер, но Раккар пробовал кусать и грызть всё подряд, включая дверные ручки и завязки на одежде девчонок.
— Сидеть! — на этот раз меняю команду.
Питомец косится на меня, но всё-таки опускается на задницу. В качестве поощрения швыряю ему ещё кусочек мяса. Дракон мгновенно вскакивает на задние лапы, вытягивает шею и клацает зубами, ловя подачку.