— Твоя сила синигами уснула. Поначалу Бьякуя ее уничтожил, но прежде, чем структура души разрушилась окончательно, вмешалась Амайя. До казни Рукии Кучики минимум месяц, с учетом временного сдвига при переходе в Сообщество Душ, мы получим все пять недель. За несколько дней я восстановлю твою силу до прежнего уровня, потом ты немного отдохнешь, и я отправлю тебя в Сообщество Душ.
— И что я должен сделать? — Ичиго горько усмехнулся. Такого поворота он ожидал, не будет же директор просто так рвать жилы и тратить свое время, чтобы развить его способности.
— Твоя первоочередная задача — вторгнуться в Сейрейтей и произвести там как можно больше шума. Тактику я поясню тебе позже, но когда случится затишье — а оно обязательно случится — ты проникнешь в закрытый архив Сообщества Душ, я укажу тебе секцию и коробку, которую ты должен будешь спрятать в пространственный карман, привязанный к определенному предмету.
— Отказаться я не могу.
— Не можешь.
— Ясно…— Ичиго уставился в потолок, что-то напряженно обдумывая.— Скажите…, а вы могли бы помешать этому Бьякуе Кучики забрать Рукию?
— Мог. Но она нужна мне в Сообществе Душ. Все намного сложнее, чем ты думаешь, парень. По возвращению в мир живых я дам ответы на все интересующие тебя вопросы. А сейчас Амайя тебя восстановит, и мы приступим к тренировкам.
Сказав это, Кеншин оставил временного синигами осмысливать произошедшее. Мужчина знает, что Куросаки никуда от него не денется. А если рыпнется… что ж, Кьюкетсуки обрадуется возможности освоить такую сильную способность. Да и сам Кеншин найдет ей применение.
— Как он? — тихо спросила Йоруичи, появляясь неизвестно откуда.
— Жить будет, — ответил Кеншин.— Ичи, все с ним будет в порядке.
— Да, конечно, — голос старшей дочки так и сочился сарказмом.— Особенно после того, как ты обошелся с Рукией. Кто она вообще для тебя? Расходный материал? А для меня Рукия — друг!
— Ты не пойдешь в Сообщество Душ, — отрезал отец, мгновенно определив намерения дочки. Характером Йоруичи пошла в него, так что поступает более чем предсказуемо для своего папочки.
— Тебе потребуется меня связать, — заявила девочка.
— Бакудо девяносто девять, Кин, — щелкнул пальцами мужчина. Четыре широкие черные ленты взметнулись со всех сторон и плотно спеленали ошарашенную девочку, поставив ее на колени и вынудив склонить голову. Взмах рукой — кидо рассеялось, а девочка так и осталась сидеть на коленях, испуганно глядя на отца. Не ожидала она, что папа прибегнет к таким жестким мерам, и к ужасу своему, поняла: свяжет. А если потребуется — запечатает ее занпакто, сил у него хватит. Ичи знает, что сил у папочки хватит и не на такое.
— Если потребуется — свяжу, — жестко произнес отец.— Ты не пойдешь в Сообщество Душ. Там слишком опасно.
— Ичиго тоже мой друг, — тихо сказала девочка.— Я его не брошу. Папа… отпусти. Пожалуйста…
Кеншин лишь покачал головой, про себя думая, что если отпустит — Шаолинь, спрятавшая за углом и внимательно слушающая их разговор, оторвет ему голову. А если не отпустит…, а он и не собирается ее удерживать. Тем более, что когда Ичи начинает излучать такое непоборимое упрямство, она до боли напоминает мужчине его самого в юные годы. Не удержать ее, и Кеншин это знает. А дружба… Карасу прекрасно знает, что это такое. Он и сам пойдет спасать шкуру Кенпачи, не раздумывая и не считаясь ни с силой, ни с численностью врага, что и проделывал не раз. Просто пойдет — и все.
— Сегодня вечером на полигоне, — Кеншин выдохнул.— Раз уж ты упрямишься, придется выбивать из тебя всю придурь. И Ячи захвати, для профилактики бунтарских настроений.
— Хорошо! — Ичи едва скрыла радость в голосе, прекрасно понимая, что папуля имеет в виду. Кеншин незаметно подмигнул девочке и повернулся к возникшей из ниоткуда Шаолинь.
— Что здесь происходит? — грозно свела брови маленькая синигами.
— Ничего особенного, — пожал плечами Кеншин, ловко поймав Шао в свои объятия и мягко прижав к себе.— Просто наши девочки решили сунуть голову под меч, а я не собираюсь этого допускать.
«Но и не собираюсь мешать им развлекаться», — про себя подумал Карасу.
— Что? — серые глаза метали молнии, Ичи невольно сжалась.— Не смей, слышишь? Не смей туда отправляться, там слишком опасно!
— Как скажешь, мамочка, — прошептала Ичи и с опущенной головой удалилась, ухмыляясь во все тридцать два. Как мамочка и сказала, там слишком опасно. Главное, что папа разрешил.
— Они безнадежны, — тяжело вздохнула девушка, прижавшись к любимому человеку. Кеншин поцеловал Шаолинь в темя, гладя ладонью ее ягодицы.
— Им было в кого уродиться такими, — философски заметил отец семейства.— Кстати, а что здесь делают Садо и Иноуэ?
— Я не знаю, — удивилась Шаолинь и взвизгнула, в меру больно получив ладонью по попе.— Ай, за что?
— За то, что проворонила, — припечатал мужчина. Девушка надулась и вывернулась из кольца рук, а мужчина направился туда, где Ячи беседовала со своими друзьями.
Ячи вдруг смутилась непонятно чего, стоило ему выйти на свет. Чад решительно поднялся с лавки, шагнул к нему и вдруг встал на колени, касаясь дорожки лбом.
