Ламия взвыла и ударила сразу двумя своими конечностями. Сакура ударила навстречу, и ледяной клинок без усилий перерубил оба костяных клинка. Адьюкас взревела от боли: ее конечности на добрых полметра от раны сковал неземной холод, мгновение— и они откололись, упали и разбились.
Синигами с жадностью уставились на занпакто своего лейтенанта— они еще никогда не видели ее высвобождения, с обычными Пустыми и гилеанами Сакура справлялась и запечатанной формой.
Лейтенант девятого отряда сработала без промедлений: стоило противнику отвлечься на боль и увечье, как она немедленно разрубила ламию от плеча до пояса. На лице отразился и застыл ужас, клинок прошел сквозь плоть, не извлекая крови, и вскоре стало ясно, почему: от глубокой рубленой раны во все стороны начала разрастаться изморозь, а вслед за ней тело покрывалось льдом. Секунда — и от адьюкаса осталась сверкающая в лучах солнца красивая ледяная статуя. Но любоваться ей никто не стал: на Сакуру с двух сторон набросились адьюкасы.
Девушка отразила удар одного из них и с ужасом осознала, что умрет: щупальца другого адьюкаса уже устремились к ней… и упали, срезанные синим всполохом. Лейтенант девятого отряда двумя ударами меча заморозила обе руки своего противника и всадила ледяной клинок в сердце своего адьюкаса, стремительно разорвала дистанцию и обернулась. Зрелище вызвало у нее улыбку счастья и облегчения: капитан пришла, почувствовала неладное и пришла на помощь. И не одна: отряд четвертого офицера Асано Ямато взялся за барьер и за оказание помощи раненым.
— Вы все сдохнете-е-е-е! — проревел адьюкас, смахивающий на гибрид человека и каракатицы. Десятки свежеотросших щупалец устремились к высокой девушке с распущенными черными волосами, синими глазами и в белом капитанском хаори.
Не устремились, так показалось Пустому. Не успел он как следует замахнуться, как все его тело пронзил холод, а синигами из поля зрения исчезла.
Юки Карасу возникла за спиной адьюкаса, вкладывая катану в ножны, а Пустой тем временем распался на две половины и рассеялся черными частицами.
— И все-таки у тебя ледяной занпакто, — улыбнулась Юки и растрепала короткие белые волосы своего лейтенанта. Сакура смутилась. Сослуживцы отвернулись, пряча улыбки: капитан и лейтенант никогда не афишировали своих близких отношений, но не особенно их скрывали. Сначала многие из них подумали, что через постель Сакура пытается пробиться по службе, но очень быстро поняли, что дело обстоит совершенно иначе. Единственный, кто продолжал упорно это твердить — Сюхей Хисаги, глубоко оскорбленный тем фактом, что его капитан выбрала не его, а девушку! Но на ворчание третьего офицера в отряде внимания не обращали. Если отбросить глупую ревность, к счастью, проявляющуюся лишь на словах во время дружеских попоек, Хисаги — отличный парень и сильный синигами, который хоть и со скрипом, но признает превосходство Сакуры Минамото.
— Нет, Юки-сама, — ответила ей наконец девушка.— У меня кидотипный занпакто. Кориюри не управляет льдом, он замораживает все, чего касается, правильнее даже сказать — отнимает тепло.
Юки кивнула, окинув взглядом поле боя. Восемнадцать отличных парней и девушек мертвы, но показывать свою боль ей нельзя. Брат учил ее быть сильной, ведь на кого может положиться отряд, если не на своего капитана?
— Ты молодец, Сакура, — капитан шагнула к раненым, складывая пальцы в жест исцеляющего барьера — можно и без жеста, но эффективность сильно падает.— А теперь ступай в отряд и подготовь отчет, после этого можешь идти домой. Отгул три дня, считай это приказом.
Сакура недовольно кивнула. Капитану тяжело и больно терять людей, и она должна быть рядом с ней, поддержать и принять на себя часть забот. Но если Юки приказывает, пользуясь своим званием капитана — лучше подчиниться.
Юки ушла последней, вместе с вереницей носилок, укрытых белыми простынями. Сегодня с павшими в бою простятся родственники, она выразит им свои соболезнования, а завтра вечером — огненное погребение на одном из полигонов — традиция, заложенная братом. Карасу вздохнула: общаться с родственниками погибших очень тяжело, но она справится. Не в первый раз и, видит Бог, не в последний.
Занпакто Сакуры Минамото:
https://vk.com/photo-104986769_411827037
====== Глава 18 ======
Сейрейтей, расположение одиннадцатого отряда
Тоширо Хитсугая рассеянно зевнул. Ночка выдалась тяжелой и напряженной, целых три вылазки в Руконгай. Все три раза были гилеаны, но их было слишком много, чтобы справлялись только два дежурных офицера. Вот и пришлось капитану мотаться полночи по всему Рукону, а вторую половину ночи Тоширо рубил Пустых и подсчитывал потери. Шесть человек попали в госпиталь, еще с десяток получили ранения. По сравнению с тем, во что вчера же вляпался девятый отряд – пшик.
– ХИТСУГАЯ!!!!
