Не есть ли это законная кара сильному полу за беззаконное рабство, в котором он держит слабый пол?.. Так по крайней мере можно думать по окончанию любовных похождений героя поэмы, этого русского Дон Хуана… Наскучив женою, он вспомнил о прежней любви, раскаялся, как в глупости, что бросил дочь мельника, не понимая, что она потому только стала ему мила, что ее нет с ним, что его жена уже не мила ему… Сцена на берегу Днепра. Ночь. Раздается хор русалок, напоминающий своим фантастически-диким пафосом оргии valse infernal (адского вальса (фр.)) из «Роберта Дьявола»:

Веселой толпоюС глубокого днаМы ночью всплываем;Нас греет луна.Любо нам ночной пороюДно речное покидать,Любо вольной головоюВысь речную разрезать,Подавать друг дружке голос,Воздух звонкий раздражать,И зеленый, влажный волосВ нем сушить и отряхать.ОднаТише! Птичка под кустамиВстрепенулася во мгле.ДругаяМежду месяцем и намиКто-то ходит по земле.

Этот «кто-то» – князь, которого влекут к этим местам воспоминания прежней счастливой любви. Вдруг он встречается с отцом погубленной им девушки.

СтарикЗдорово, Здорово, зять!КнязьКто ты?СтарикЯ здешний ворон,КнязьВозможно ль? это мельник…СтарикКакой я мельник! говорят тебе,Я ворон, а не мельник. Чудный случай:Когда (ты помнишь?) бросилась онаВ реку, я побежал за нею следомИ с той скалы спрыгнуть хотел, да вдругПочувствовал, два сильные крылаМне выросли внезапно из-под мышекИ в воздухе сдержали. С той порыТо здесь, то там летаю, то клююКорову мертвую, то на могилеСижу да каркаю.

Отосланная князем свита является опять к нему, по приказанию обеспокоенной княгини. Это внимание со стороны уже не любимой им жены раздражает его, и досада его изливается обыкновенным в таких случаях восклицанием, одним и тем же с тех пор, как стоит мир, как существуют в нем охладелые любовники и постоянные любовницы, и наоборот:

НесноснаЕе заботливость!Иль я ребенок,Что шагу мне нельзя ступить без няньки?

Опять раздается фантастически-вакханальный хор русалок:

Что, сестрицы: в поле чистомНе догнать ли их скорей?Писком, хохотом и свистомНе пугнуть ли их коней?Поздно. Волны охладели,Петухи вдали пропели,Высь небесная темна,Закатилася луна.ОднаПодождем еще, сестрица.ДругаяНет, пора, пора, пора!Ожидает нас царица,Наша строгая сестра…

В последней сцене князь встречается с своею дочерью-русалкою, которая послана матерью уловить его… Как жаль, что эта пьеса не кончена! Хотя ее конец и понятен: князь должен погибнуть, увлеченный русалками на дно Днепра. Но какими бы фантастическими красками, какими бы дивными образами все это было сказано у Пушкина – и все это погибло для нас!..

«Русалка» в особенности обнаруживает необыкновенную зрелость таланта Пушкина: великий талант только в эпоху полного своего развития может в фантастической сказке высказать столько общечеловеческого, действительного, реального, что, читая ее, думаешь читать совсем не сказку, а высокую трагедию…

Теперь мы приблизились к перлу созданий Пушкина, к богатейшему, роскошнейшему алмазу в его поэтическом венке… Для кого существует искусство как искусство, в его идеале, в его отвлеченной сущности, для того «Каменный гость» не может не казаться, без всякого сравнения, лучшим и высшим в художественном отношении созданием Пушкина… Какая дивная гармония между идеею и формою, какой стих, прозрачный, мягкий и упругий, как волна, благозвучный, как музыка! какая кисть, широкая, смелая, как будто небрежная! какая антично-благородная простота стиля! какие роскошные картины волшебной страны, где ночь лимоном и лавром пахнет!.. Принимаясь перечитывать это чудное создание искусства, восклицаешь мысленно к поэту:

Перейти на страницу:

Похожие книги