В чем обычно выражается празднование 1 апреля у нас на Родине? Все друг друга разыгрывают — иногда жестоко, чаще дружелюбно. Особенно усердствовала перестроечная пресса, изобретая самые немыслимые финты и чаще всего умудряясь купить доверчивое население. Сегодня это совершенно бессмысленно: люди так мало знают о реальном положении вещей, что уже не способны отличить выдумку от истины. Да и что за интерес разыгрывать человека, которого ничто не касается, потому что ничего от него не зависит? Скажи мне кто-нибудь, что на Марсе магнитная буря, я ухом не поведу и дела мне не будет до того, врут или честно предупреждают. А о реальном положении дел в политике, экономике и даже общественных настроениях мы знаем сегодня куда меньше, чем о бурях на Марсе. Главное же то, что все это нас вроде как не очень-то и волнует. Жизнь зависит не от этого. Розыгрыш возможен там, где есть общий контекст, а мы сегодня очень обособлены и от страны, и друг от друга. Так надежнее.
Раньше «первый апрель» был еще днем национального юмора. Так сказать, праздником отечественной комической традиции. Я даже думал одно время сделать на телевидении что-то вроде «Улыбок разных широт» — альманах заграничных телехохм, ведь юмористических шоу и анекдотов с местным колоритом везде полно. Остановило меня полное отсутствие отечественной юмористической традиции: она вырождалась уже в 90-х, опускаясь до грубых политических шуток (почти всегда одинаково безвкусных как в либеральном, так и в патриотическом лагере: что над властью, что над заграницей у нас шутят одинаково топорно, а семейный юмор ограничивается набором столь же грубых анекдотов о теще). Сегодня уровень наших шуток — сортирные упражнения «Комеди Клаба», где люди намеренно опускаются ниже плинтуса (я лично читал в их интервью, что они серьезные парни, в обычной жизни любящие Джойса). В чем тут юмор, решительно не понимаю, и вдобавок этого юмора так много, что посвящать ему отдельный день как-то нерасчетливо. Я объявил бы день серьезности, что ли, чтобы хоть раз поговорить о действительно важных вещах, но желающих не наблюдаю.
«Первое апреля — никому не верю», любимый со школьных лет лозунг, пора теперь распространять на весь год. Лично я почти никому не верю — ну, может, ближайшим родственникам да паре надежнейших друзей. Не огорчайтесь, ребята, все эволюционирует. Первомай давно стал днем дачника, День независимости в условиях стабильности на глазах превращается в «день сурка», а сознательное и радостное превращение большей части населения в дураков приводит к отмиранию самого Дня дурака. Зачем им отдельный праздник, когда он и так у них круглый год?..
Короче, это такая имитация деятельности, при которой начальство искренне полагает, будто для выполнения пустячной задачи действительно требуется полдня. А поскольку прямой заинтересованности в результате у начальства тоже нет (ему важно, чтобы люди были заняты), это чаще всего срабатывает.
Как опытный массовщик я высоко оцениваю работу Государственной Думы. Что она давно ничего не решает, все в курсе. От Общественной палаты и то больше пользы: она хоть изредка защищает бутовских выселенцев или неправедно осужденных ветеринаров. Госдуму, однако, разгонять нельзя: это единственная витрина российской демократии. Людей надо занять. В результатах их работы не заинтересованы ни они сами, ни начальство. Важно, чтобы они что-то делали, никому при этом не мешая. В последнее время обозначились три направления их иллюзорной деятельности:
1. война с рекламой (в особенности с табачной и алкогольной);
2. война с телевидением (порнография, которую они умудряются где-то отыскивать, и искажение исторической правды);
3. борьба с педофилией и ужесточение наказаний за те уголовные преступления, о которых особенно охотно рассказывает программа «Максимум».
