Черные, как тропическая ночь, зрачки Самородова копили грозовую бурю. Он как загипнотизированный смотрел на ее руки, которые еще не выдавали возраст, оставаясь прекрасными. Но твердая преданность наиглавнейшей, запущеной в работу мысли заставила его вернуться к главному, ради чего он и посетил этот дом. Самородов едва сдерживая ярость смял скатерть под столом, от чего тоненьким причитанием забрякали, задребезжали хрупкие столовые приборы:
-Бросте дешовый атракцион, Грациан. Правду видно говорят, что в новом теле вы, за дряхлостью, многим гайкам в голове слабину дали.
-Господь непосильного тела не дает,- вдруг вступился за старика его преподобие отец Акветин.- Создатель не выбирает, он жалует либо корит по делам твоим. Ибо сказано в книге-книг "наука ведет, Бог хранит, а ратное ремесло укореняет волю",- Полные певучей стройности слова отца Акветина межой пролегли между спорщиками, не позволяя им распаляться и входить в раж.- Пока жизнь не отнята-живи в том образе который дан. А как придет пора душе иное тело искать, уповай на волю Господа. И в выборе новом себя не теряй. Будь хоть дева ты, хоть старец, хоть малец, хоть удалец. И гладкая кожа и морщины на роже-все одно, Богом поменяно, а судьбою выбрано.-Румяное лицо его преподобия лукаво щурилось и всем видом своим призывало к миру.
Роскошь быть злым и добрым, скупым и щедрым, по всякому разным, закоснев в своих представлениях что можно, а чего нельзя глава города и пехот-командер оба считали, что их поведение не противоречит представлению о праве и справедливости.
Остановитесь оба. Дальше ехать некуда. А их уже понесло друг на друга.
Глаза старика тонули в глубоких темных впадинах, а вылетавшие из сузившегося, посиневшего рта слова напоминали яростный плевок ствола. Он мало что воспринял из того, что сказал его преподобие. Он жаждал отыграться и закусил удила, строго со злинкой крикнув:
-Как вы посмели говорить со мной в столь дерзком, издевательском тоне?!
-Помилуйте, о манерах ли сейчас речь,- тем же злым, возбужденным тоном взревел Самородов.- Вы так пылко и убедительно объясняли Астрелу суть обязанностей гражданина перед государством, что, для наглядности, позабыли упомянуть о собственной безответственности. Доложи вы о термополяризованном мешке своевременно и весь розыск вражеских десантеров мог бы завершиться по горячим следам.
Глава города с таким неподражаемым всезнающим укором посмотрел на Самородова, на который способны только старики. Бесконечный танец света на геометрически выверенных гранях кичливого камня на шейном платке, казалось душил гневом иссиня-белое бескровное лицо. Его голос сделался скрипучим и опасно тонким:
-Это вы то говорите мне об ответственности перед обществом,- глава города приткнулся хилой грудью к краю стола и принялся безостановочно выкрикивать:- Хватке и методам костоломов вас даже учить не надо, сами до всего доходите! А тут вам подсказки да пророчества кликуш занадобились. Одержимые собственной значимостью вы больно ретиво забераете. Все под вас стелись и урона не йми,- старик щурился и не замечая того, чуть заваливался на левую сторону.- И беды не видать, а нужники на целую рать накопаны! Дорог вам мало, вы выпасы окопами перерыли и пахотную землю гусеницами перекатали да салярой испоганили. Людям в лес ходить не велено, а у многих с лесного промысла вся семья кормится. Чуждые вы какие-то. Взболомошенные. Своих пуще недругов роптать заставляете. А потом диву даетесь от чего от людей помощи не видите!
Самородов только крепче стиснул челюсти и смотрел на старика с таким видом, словно ослышался, затем холодно и резко спросил:
-Так вы не по недомыслию, а из обид и убеждений своих розыску помогать отказывались?
Старик кинул мгновенный негодующий взгляд:
-А вот так подводить не надо. Не нагнетайте. Все вы прекрасно поняли,- тревожная, дребезжащая нотка в голосе все же выдала его испуг: -Что вы за человек такой ... и не зря вас "валерьянкой" прозвали,- не удержался глава города, выпаливая все под чистую:- Не умеете вы с людьми разговыаривать, Самородов, вот что я вам скажу. Маякам не верите, берегов не видете и брода не знаете. Все нахрапом норовите, а в итоге дулю зрите.
Теперь пехот-командер понял отчего глава города заваливался на один бок. Самородов был уверен что загляни он теперь под стол, то увидел бы направленную в свою сторону, сложенную из скрюченных старческих пальцев фигу.
Все выглядели смущенными и немного выбитыми из колеи. Прямо по коридору в проеме комнаты появились две детские головы Сати и Юджина. Взгляд исподтишка. Им интереснее всех, в благопорядочном доме не часто такое увидешь. Вне себя, прищелкивая языком, Хавада загнала их обратно.
Торжество жизненного опыта над искрометной непоседливостью чад.
Нерешаемое противоречие пытаться закруглить неокругляемое.
-Довольно. Выполняйте работу которую вы считаете своим долгом. О своей мы побеспокоимся сами,- Самородов встал, резко отодвинув стул, пронзительно скрипнув ножкой по полу. Его высокие, неуместные двигающиеся ботинки напоминали печные трубы.