Короче, нормальная у него задница. Холеная, жирненькая. Как с пациентом с ним – никаких проблем. Через два дня их прусское величество уверенно пошло на поправку. А тем временем Петр Аркадьевич с Баллином, чиновниками и прочим буржуинством заседали, ездили всей толпой по заводам и бизнес-тусовкам. И вся эта вкусность просквозила мимо вашего покорного слуги, так как объект приложения моих усилий возлежал на перинах с подушками, нежась под пуховым одеялом, и донимал меня разговорами обо всем на свете, но больше всего – о флотских делах. А в особенности о торпедных катерах и моторах. Так что наш августейший союзничек далеко не так прост, и откуда ветерком потянуло, смекнул. О чем он меня еще расспрашивал, в письменном виде памятку составлю. Пока в разных записках, нужно в порядок привести. Полагаю, что для общего дела это будет не бесполезно. Эх, видели бы вы эту хитрую усатую физиономию в ночном чепце с завязочками под подбородком. Волк из мультика про Красную Шапочку в роли бабушки…[18]
Но уже на шестые сутки, несмотря на мои протесты и угрозы возможным рецидивом и осложнениями, они с Николаем рванули по заводам и верфям. Я там присутствовал исключительно в качестве массовки. Вот вам статья из «Нивы», почитайте.
«На стапеле Общества ”Путилов-Крупп” (директор-распорядитель И. С. Каннегисер) 14 марта сего года в Высочайшем присутствии императоров Российского и Германского со свитами, заложен крейсер-яхта 2-го ранга ”Штандарт” в 6000 тонн (проект инженера А. И. Гаврилова). Корабль должен заменить своего геройски погибшего в бою у мыса Шантунг предшественника. Турбинные двигатели для нового крейсера конструкции американца Кертиса будут поставлены из САСШ по контракту с фирмой ”Дженерал Электрик”.
В тот же день на верфи были заложены два минных крейсера типа ”Доброволец”. Поскольку германский император еще не вполне здоров, на стапелях возвели огромные шатровые палатки, в которых прошла церемония закладок. Кайзер произнес одну из своих замечательных речей, осветив перспективы сотрудничества капитала Германии и России, в частности, в деле обеспечения российского флота судами лучших мировых типов. Он отметил, что наше Морское министерство намерено заказывать корабли и в Германии. Это подтвердил император Николай II в ответной речи, но при этом указал, что такие заказы не пойдут в ущерб загрузке отечественных верфей. После чего отклонился в сферу внутренних дел России, призвав граждан к спокойствию и недопущению самосудов над лицами, замешенными в террористической и революционной деятельности, напомнил о том, что виновность кого-либо определяет суд. Со своей стороны, отвечая народным чаяниям о спокойной и мирной жизни, государь и новое Правительство предпримут меры по повышению качества работы министерства юстиции, МВД, органов судопроизводства, а возможно, и к их серьезному реформированию».
– Добрый вечер, Василий Александрович, проходите! Игорь Андреевич, попрошу: меня ни для кого сегодня нет. Только если появится Евстратий Палыч с чем-то срочным. И чайку нам цейлонского сделайте. Горяченького…
– Будет исполнено, Сергей Васильевич! Медников со своими орлами выехал с полчаса назад.
– Спасибо.
– Чай минут через десять будет. – Дежурный офицер неслышно притворил за спиной Балка высокую дверь кабинета, украшенную литыми медными ручками.
Навстречу Балку из-за массивного двухтумбового письменного стола, в живописном беспорядке заваленного папками и несколькими отдельными стопками документов, порывисто поднялся высокий, худощавый человек в темно-коричневом костюме-тройке, благородный, бархатистый оттенок которого подчеркивала безупречно накрахмаленная белоснежная манишка с аккуратно завязанным узким, черным галстуком и деликатно выглядывающим из нагрудного кармана уголком носового платка.
– Здравия желаю, Сергей Васильевич.
– И вам не болеть, спасибо. Рад! Искренне рад, Василий Александрович, что вы смогли так быстро оказаться в Питере. Присаживайтесь, прошу… – хозяин кабинета, пожав Василию руку, кивнул на кресло у углового стола, примыкавшего буквой «Г» к его собственному.
Василий, отметив про себя крепость и энергетику этого рукопожатия, с удовольствием расслабленно прислонился к чуть скрипнувшей кожей спинке.
– Простите за беспорядок, сам на столе его не терплю. Но пока не все разгреб, у МВД кое-какие дела принимаем. Устали с дороги, поди?..
Внимательный улыбчивый взгляд карих глаз с лукавой искоркой и прищуром интеллектуала, глубокие залысины в чуть тронутой сединой густой темно-каштановой шевелюре, подчеркивающие идеальные линии высокого, благородного лба…
