Особые меры по обеспечению безопасности требовались во время проведения в Байроте дней, посвященных Вагнеру. Неослабное наблюдение велось, начиная с гостиницы, прилегающих к ней зданий и улиц и особенно в театре. Лица, имеющие билеты на места в определенном секторе, брались на учет гестапо и тщательно проверялись. В случае неблагонадежности билет отбирался. В секторе безопасности были рассредоточены местные криминалисты, которые никакого отношения не имели к руководству имперской службы безопасности. Перед входом в сектор ложи «фюрера» и непосредственно перед ложей выставлялись посты из состава имперской службы безопасности и эсэсовской «команды сопровождения», которые не допускали в сектор ложи «фюрера» посторонних лиц. Доступ к ложе «фюрера» мог быть разрешен только личным адъютантом Гитлера, а тот был обязан в каждом отдельном случае спросить на то разрешения у самого Гитлера.
Понятно, что определенное число криминалистов вело наблюдение на пути следования Гитлера в театр и обратно.
В эти дни Гитлер останавливался всегда у фрау Виннефриед Вагнер, по распоряжению которой ко дню приезда Гитлера в саду дома Ванфриед строили специальную дачу.
То, что в Байройте организовывались празднества, посвященные искусству, общеизвестно. Само собой разумеется, что близлежащие места, как то: Гоф, Ваиден, Кульмбах и т. д., а также автомобильное движение в город Байройт находились под контролем, это также являлось существенным мероприятием по обеспечению безопасности.
5. Собрания.
Места собраний и трибуны находились под неослабным наблюдением за 8 дней до начала собрания, чтобы устранить возможность минирования и т. д. Просматривались все места, имеющие пустоты. Удалялись все металлические предметы в том числе и огнетушители.
Тщательно осматривалось пространство под полами, обследовались соединения балок и стропил. Близлежащие места контролировались полицейскими с собаками. Патрули днем и ночью поддерживали непрерывную связь с неподвижными постами.
За 24 часа до начала собрания здание еще раз тщательно осматривалось, а охрана усиливалась. С этого времени доступ в здание разрешался только по соответствующим пропускам.
Доставка и установка трансляционной аппаратуры производилась специальной автоколонной «Германия» под руководством СА-группенфюрера Шефер, личный состав этой автоколонны принадлежал к СА и выполнял эту задачу с 1935 года по всей Германии.
Доставка и установка осветительной аппаратуры производилась под контролем руководства гау при содействии особо доверенных лиц.
Выдача пропусков на собрания производилась руководством гау, которое строго следило за тем, чтобы пропуск не попал в «чужие руки». Этот контроль легко осуществлялся через руководителей нижестоящих партийных организаций.
В то время как охрана входов входила в обязанности гестапо, и руководства гау, имперская служба безопасности несла ответственность за охрану трибуны «фюрера» и кафедры для выступающих. С этой целью я всегда приезжал к месту собрания за 2–3 дня до начала и устанавливал охрану соответствующих объектов. Руководство гау и гестапо ставили меня в известность о предпринятых ими мерах безопасности.
Особое внимание обращалось на то место, где Гитлер выходил из автомашины. В этом месте сосредотачивалось большое число лиц, в задачу которых входила охрана Гитлера. Вход в здание вместе с Гитлером разрешался минимальному количеству лиц.
Фотографам указывались определенные места. Только небольшому числу из них разрешалось находиться вблизи от трибуны Гитлера, откуда они могли приближаться к Гитлеру только по одному и под наблюдением специального человека от имперской службы безопасности. Фотографирование со вспышками производилось только с личного разрешения Гитлера, а также запрещалось сильное освещение прожекторами. К этому следует заметить, что Гитлер в 1918 году претерпел отравление газами, что отразилось также и на его глазах.
Как при входе, а также и при выходе впереди Гитлера шли 2 человека из его личной охраны, которые смотрели за тем, чтобы ни один человек на пути следования Гитлера не имел каких-либо предметов в руках, а также не держал руки в кармах.
Во время произнесения речей Гитлер так возбуждался, что по окончании их, для сохранения здоровья, он должен был всегда принимать теплую ванну.
6. При поездках.
А. Спецпоездом.
Спецпоезд состоял из 15-ти вагонов, в том числе: 2-багажных, 2 — с зенитными установками, вагон-салон «фюрера», вагон-штаб, 2 вагона-столовая, вагон для личной охраны, 2 вагона для гостей, 2 вагона-спальня, вагон-ванная, вагон для руководителя германской прессой.
Обслуживающий персонал поезда и ж/д служащих, а также обслуживающий персонал «Митропа» («Общество среднеевропейских путешествий») тщательно проверялся и состоял на службе в спецпоезде с 1938 года.
Особые мероприятия: все пассажиры спецпоезда (в том числе и офицеры) были зарегистрированы в личной адъютантуре «фюрера». Копии находились у имперской службы безопасности, а о лицах каждого вагона в отдельности — у кондукторов вагонов.
