– Кто приходил? – раздался за ее спиной мелодичный голосок. Дочь, обернувшись в полотенце, ничуть не стесняясь матери, устроилась за столом с видимым удовольствием ловя ароматы свежей выпечки.
Ксения Витальевна напряглась.
– Тимур приходил, – бесцветным голосом произнесла она, краем глаза наблюдая, как застыло лицо дочери. – Я сказала, что ты отдыхаешь, и попросила зайти завтра.
Юля со стоном опустила голову на столешницу. О существовании парня в этом мире она даже не вспоминала, а потому новость восприняла как нечто откровенно скверное. Тимур был симпатичным юношей, но постоянные драки, непонятные компании, невоспитанность, пренебрежительное отношение к старшим и всяческое задирание тех, кого он считал слабее, сейчас заставляли чувствовать только неприязнь. Да, когда-то она в нем души не чаяла, считая его идеалом, пределом мечтаний. Крутой, сильный, решительный – ей завидовали все подруги… Но сейчас у нее был Артем, рядом с которым Тимур казался кем-то мелким, незначительным и несерьезным.
– Вот же черт, – простонала девушка, не поднимая головы и не видя расширившиеся от удивления глаза матери. – Значит, завтра придет?
Юля задумчиво принялась водить пальцем по столешнице, стараясь придумать повод к расставанию. Так и не определившись, она отодвинула эти мысли на второй план, решив импровизировать по ходу дела, и повернулась к маме, замершей посреди кухни с противнем и недоуменно разглядывающей дочь.
– Спасибо, что не пустила его, – улыбнулась Юля. – Сейчас никакого желания его видеть нет.
Мысленно выдохнув, Ксения Витальевна поставила шарлотку на стол. Изменения, произошедшие с дочерью, ей, несомненно, нравились!
* * *
Дверной звонок пронзил приятную утреннюю тишину. Мысленно выругавшись, Юля накинула коротенький домашний халатик и вышла в прихожую, прильнув к дверному глазку. Сразу же захотелось выругаться вслух. Глубоко вздохнув, девушка открыла дверь, встретившись взглядом с Тимуром.
– Опа, – красноречиво высказался парень, плотоядно рассматривая соблазнительный наряд Юли. – Там, вообще, наши собрались, но раз такое дело, можно и задержаться…
– Перебьешься, – холодно оборвала Тимура девушка. – Через десять минут спущусь, – добавила она, нагло захлопывая дверь перед его носом.
Быстро умывшись, она натянула спортивные шорты, топик, надела легкие беговые кроссовки, привычно перехватила длинные волосы в хвост и вышла из квартиры, порадовавшись, что мама на работе и ничего из происходящего не увидит. Во дворе уже собралась немаленькая компания, кружащая вокруг нескольких новых мотоциклов, один из которых, как помнила Юля, принадлежал Тимуру. Возле самого парня в данный момент стояли две ее лучшие подруги – Алена и Лена. Девушка чуть заметно поморщилась, окинув взглядом собравшуюся толпу: человек десять парней, пару лет назад окончивших школу и считающих себя невероятно крутыми, и столько же девчонок, наивно разделяющих их убеждения и постоянно вешающихся к ним на шею. Дорогие вещи, модные гаджеты и мотоциклы, купленные на родительские деньги, – единственные достижения «золотой молодежи» Москвы. Да что там! Половина из них даже в институты не пошли, предпочитая сидеть на родительской шее, прожигая время и деньги на бесконечных тусовках с наркотой, алкоголем и беспорядочным сексом.
Громова непроизвольно поморщилась и неторопливо прошлась вдоль небольшого палисадника, скрываясь в тени невысоких деревьев и обходя компанию со стороны. Общаться ни с кем из них не хотелось, но требовалось расставить точки над «i». Интуитивно почувствовав что-то неладное, Юля остановилась, вглядываясь в знакомые лица, и оторопела: Тимур самозабвенно целовался с Аленой, ничуть не стесняясь окружающих. Мысленно возликовав, девушка чуть ли не бегом выскочила на площадку, стремительно прорезала толпу и замерла возле целующейся парочки, скрестив руки на груди и напустив на себя грозный вид. Постепенно разговоры смолкли, и все внимание переключилось на основных действующих лиц. Толпа всегда хотела хлеба и зрелищ. Так было в Древнем Риме, так есть и в современной Москве. Почувствовав возросшее внимание, Тимур отстранился от довольной Алены и встретился взглядом с Громовой.
– О, а вот и ты! – усмехнулся парень, чуть отступая от новой пассии и вальяжно направляясь к замершей девушке. – Третьей будешь?
