Над двором раздался громогласный хохот ребят, нашедших высказывание друга крайне забавным. Не тратя время на долгие разговоры, Юля резко сократила дистанцию и ударила. Нет, этот удар не был обычной женской пощечиной или неуклюжим тычком кулака, это был хорошо поставленный джеб, направленный точно в нос. Эх, видел бы ее сейчас Николай Степанович, месяцами обучающий ее рукопашному бою! Крепкий, спортивный парень, не ожидающий ничего подобного, неуклюже повалился на землю, завывая от резкой боли и размазывая руками кровь по лицу. Гордо вздернув носик и не обращая никакого внимания на бывших друзей, а ныне просто презираемое сборище самовлюбленных индюков, девушка самодовольно развернулась и неспеша побрела к ближайшему парку. Она сделала все, что хотела, а значит, пришло время для утренней пробежки…
Лениво поползли непринужденные летние деньки, которые Громова с радостью посвящала привычным тренировкам, чтению книг, прессы и просмотрам новостей. Проблемы появились неожиданно, словно снег на голову. Просто однажды, вернувшись с работы домой, Ксения Витальевна мимоходом уточнила у дочери дату первого выпускного экзамена. Юля, изучающая в тот момент новостную ленту, в недоумении посмотрела на маму и чуть не выругалась, когда до нее дошел смысл вопроса. Она совершенно забыла о государственной аттестации, ведь в ее мировоззрении с конца одиннадцатого класса прошел практически год! Связавшись с одноклассниками, выпускница с ужасом узнала о предстоящем экзамене по русскому языку. В экстренном порядке с полок доставались учебники, забытые конспекты и методички. Долгожданный отдых откладывался на несколько недель…
В подготовке к войне мелочей не бывает. Любой неверный шаг может привести к поражению, а когда на кону стоят не просто человеческие жизни, а существование всего мира, то стоит учитывать даже погодные условия в момент подписания важных соглашений. Все это Артем давно знал, но никак не мог заставить себя полностью погрузиться в работу. Он привык действовать в команде, и сейчас ему, как никогда прежде, нужны были друзья, с которыми можно посоветоваться. Всю ночь и последующий день он разбирался с финансовыми отчетами, пытаясь вникнуть в дела проводимой его отцом кампании. Выходило из рук вон плохо. Цифры смешивались, путались и никак не желали раскрывать свои тайны.
Солнце давно скрылось за горизонт, на небосводе заняла главенствующее место луна, мрачно одаривая мир белым светом. Стук в дверь оказался полнейшей неожиданностью для ушедшего в работу аристократа. Оторвав взгляд от отчетов, он с удивлением посмотрел на вошедшего в помещение молодого человека. Статный юноша в дорогом костюме с интересом рассматривал обстановку кабинета, не обращая никакого внимания на Артема. Прическа, сделанная по последним веяниям моды, аккуратная эспаньолка, наручные часы стоимостью с неплохой спортивный автомобиль, горделивая осанка, чуть вздернутый подбородок – все просто кричало о принадлежности вошедшего к высшему свету.
– Здравствуй, Ник! Рад тебя видеть. – Покровский открыто улыбнулся лучшему другу, которого не видел так давно. – По делу зашел или поболтать?
– И тебе хорошего самочувствия, Арт. Да вот решил зайти, сплетнями поделиться, – Николас был, как обычно, собран, но озорные искры в глазах выдавали в холодном аристократе весельчака и авантюриста. Устроившись в одном из гостевых кресел, парень достал из внутреннего кармана пиджака две сигары и протянул одну из них другу. – С каких пор ты решил работать в отцовском кабинете?
– С сегодняшнего дня. – Артем принял протянутую сигару и теперь задумчиво вертел ее в руках. – Я потерял слишком много времени… Но лучше ведь поздно, чем никогда, правда?
– Слова не мальчика, но мужа! Думаю, что некоторые новости, которые шепнули мне на ушко, тебя заинтересуют…
Покровский подобрался. Николас Жером, всегда находящийся в самой гуще событий молодой француз, всю жизнь обучающийся в Российской Империи, являлся загадкой для товарищей, и только Артем, лучший друг, знал о его биографии практически все. Второй сын действующего французского премьер-министра, прямой потомок Наполеона Бонапарта… Ник с самого рождения находился в Империи под защитой семьи Покровских, и ничто не могло открыто указывать на его связь с действующей властью во Франции – дружественного Российской Империи государства. Политические интриги высокопоставленных отцов не помешали сыновьям сблизиться и стать почти братьями. Крестный Николаса, глава французского разведывательного управления, часто работал с отцом Артема, заведующим императорской службой безопасности, а потому подобные «шепотки» являлись проверенными, надежными фактами, не раз спасающими положение в стране.
– И что говорит месье Бенуа?
– Он считает, убийство твоего отца заказал господин Воронцов. – Ник, неспешно раскуривая сигару, посмотрел в глаза друга. – Но ты сам понимаешь, что улик никаких нет.
