Весть о мобилизации войск Швеции облетела всех членов Совета очень быстро, и экстренное заседание Совета Главенствующих Родов удалось собрать за считаные часы. Большое помещение с белоснежными колоннами, картинами и фигурной лепниной не блистало разнообразием мебели: широкий круглый стол, тринадцать мягких стульев из красного дерева – вот и все убранство зала заседаний. Только огромный плазменный экран, висящий на одной из стен, выбивался из строгого, выдержанного стиля.
– Господа! – Высокий мужчина лет сорока пяти, одетый в черный костюм, встал, поправил очки и внимательно окинул взглядом собравшихся. – Сегодня боевая эскадра Швеции вошла в воды Ботнического залива, и часть ее направляется в сторону Финского залива. Мною было принято решение мобилизовать Балтийский флот, – без предисловий перешел к главной теме господин Воронцов. – У кого-нибудь есть возражения? – Его седые волосы, аккуратно зачесанные назад и уложенные безумным количеством лака, словно снег блестели в свете хрустальных люстр. Убедившись, что никаких возражений не будет, он продолжил: – Тогда, быть может, у кого-то есть какие-либо предложения?
– Господин Воронцов, если позволите, то я готов высказаться. – Артем поднялся со своего места и подчеркнуто уважительно кивнул главе левой фракции. – Я предлагаю установить в стране военное положение.
Его предложение оказалось встречено мертвой тишиной. Удивленные взгляды всех присутствующих скрестились на юноше. Покровский прекрасно понимал, что введение военного положения противоречило всей политике, которую до этого вел его отец и которую он должен был продолжить, но этот шаг был необходим.
– Мне кажется, что данное предложение единственно верное в подобной ситуации, – абсолютно серьезно кивнул Воронцов, демонстрируя левым одобрение идеи Артема. – Голосуем?
Один за другим члены Совета поднимали руки, принимая решение о введении военного положения в Империи. Однако несколько человек правой фракции, преданные делу отца Артема, воздержались. Воздержался и господин Луцких, откровенно удивленный действиями своего зятя. Но парень не обратил на это никакого внимания, прокручивая в голове сырой, неподготовленный план и искренне надеясь успеть…
Совет продолжался практически два часа. Рассматривались варианты превентивных ударов, укрепления границ и всеобщей мобилизации, однако более ни одно решение принято не было. Артем, вновь удивляя и соратников, и оппонентов, раз за разом высказывался против, откровенно раздражая Воронцова. Покровский прекрасно понимал, что подобное поведение только ухудшает его положение, создавая образ сумасбродного юнца ничего не понимающего в политике, но ничего с этим поделать не мог. Оставалось надеяться, что члены правой фракции продолжат следовать установленным ранее договоренностям и продолжат его поддерживать… Хотя бы временно.
Приятный сюрприз поджидал Артема по возвращении домой. Несколько грубо сколоченных деревянных ящиков аккуратно покоились перед главными воротами поместья. Остановив дорогой спорткар, он вышел из машины и приказал охранникам вскрыть ящики, с любопытством наблюдая, как на свет извлекается новенькое снаряжение и оружие.
Главный же товар ожидал в последнем, самом большом ящике, напоминающем дешевый гроб. Ярослав Акимов, по прозвищу Сухой, с ног до головы замотанный скотчем, испуганно озирался по сторонам. Впалые щеки, костлявые руки и редкие волосы – мужчина полностью соответствовал своей кличке. В этой же посылке обнаружилась обещанная записка от Работорговца:
Артем усмехнулся, достал из кармана зажигалку и поджег листок, уничтожая послание, способное явно связать его с контрабандистом. Доверие доверием, но лишние улики были не нужны.
– Тащите все это в дом, – скомандовал он охранникам. – И поосторожнее. А этого, – Покровский с неприязнью кивнул на Сухого, – в кабинет Бориса Николаевича. И глаз с него не спускать!
Раздав приказы, Артем присел на капот машины и, достав телефон, набрал номер Колчака.
– Добрый день, Сергей Николаевич, – после нескольких гудков произнес парень. – Я нашел Акимова, он в моем поместье под охраной.
– Вот как… – удивленно выдохнул мужчина. – Я направлю экипаж.
– Спасибо, – поблагодарил Покровский и добавил: – Мне очень нужны сведения, Сергей Николаевич. Как можно скорее…
