Арсений вырвался вперед, я держалась чуть позади. Стайка детей тащилась следом. Все угрюмо молчали. Мне не хотелось устраивать разбирательства на улице. Еще успею. Вот приедем домой, там и поговорим. К счастью, клуб оказался недалеко. И наш автомобиль – тоже, поэтому назад ехали с комфортом. Я – на переднем сиденье. Три недовольных подростка – на заднем. И, конечно же, Арс за рулем.
Дома вышла из машины первой и пошла к двери. Обернулась на самом пороге и сказала:
– Жду в кабинете на втором этаже.
Так как на первом обосновалась Аделаида. Хотя, может, она уже давно спит и видит сны. Поднялась по лестнице. Судя по шагам, все шли за мной. Что им сказать? Пока не решила, но были идеи, одна другой краше. И слова-то все из разряда тех, которые произносить не следует. Села в кресло. Дети заняли диван напротив, Арсений и вовсе отсел подальше, справедливо рассудив, что с ним мы пообщаемся потом.
– Я вас слушаю, – сказала тихо и спокойно.
Нет ответа.
– Лишились способности говорить? Тогда начну я. Почему? Спрашиваю, почему я должна сходить с ума, беспокоиться, где вы, потом мчаться в полицию, доказывать, якобы вас можно отпустить? Кстати, радуйтесь, лейтенант Антонов сказал, что поставит в известность органы опеки. Ждем их в гости, и у вас есть все шансы остаться без опекуна.
– Тут наша мама, – фыркнула Юля.
– У которой вообще нет права тут находиться по решению суда, – напомнила я. – Поэтому советую рассказать все как было, до того, как мне запретят быть вашим опекуном.
– А что рассказывать? – Данил, похоже, единственный сохранил тут голову на плечах. – Марик и Юля уехали в клуб, им мама разрешила. Я позвонил Марку – хотел, чтобы они вернулись домой. Он меня послал, мы с Арс… сением Дмитриевичем их нашли. И мы с Марком подрались.
Теперь понятно, кто Марка фингалом наградил. Все остальное крайне мутно.
– А вам не приходило в голову, что в вашем возрасте нельзя находиться в подобных заведениях? – спросила я.
– Мы там часто бываем, – отозвался Марк.
– И куда полиция смотрит?
– Им-то какое дело?
– Прямое, Марк. Как и мне. Еще одна подобная выходка, и последствия будут. Самые неприятные для вас. Надеюсь, меня все услышали?
– Оставишь в полиции? – усмехнулся Данил.
– Да, как максимум. Как минимум посажу под домашний арест. Кроме школы ничего не увидите. Все меня услышали?
– Да, – раздался нестройный хор.
– Марш спать. Марк, приложи к щеке холод.
Дети потянулись к двери, Арсений остался. Дверь закрылась.
– Дурдом. – Я потерла виски. – Ты бы хоть сказал, куда вы едете.
– Виноват, исправлюсь, – улыбнулся Арс. – А ты страшна в гневе, никогда бы не подумал.
Он пересел на диван, и я присоединилась к нему. Арс обнял меня, зарываясь носом в волосы. Смешной.
– Сень, а как полиция не заметила, что у тебя документы поддельные? – спросила я.
– Секреты фирмы. На самом деле мой приятель может достать чего угодно. Хоть документы, хоть розового слона. Поэтому паспорт у меня настоящий, если не брать в расчет, что имя там не мое.
– Понятно. Вы меня напугали! Когда тебе звонят из полиции, всегда предполагаешь худшее.
– Это точно. – Арсений тихо рассмеялся. – Какие у нас планы на завтра? Будем вытравливать Аделаиду из нашего дома?
– Да. Только сначала хочу пригласить детей кое-куда. У всех нас выдалась нелегкая неделя, хочется отдохнуть.
– И куда же?
– Сюрприз, – обняла его крепче. – Завтра увидишь.
А еще, вне зависимости от того, что у нас получится, заставлю Сеню взять двести пятьдесят тысяч и отдать долг, ведь он играет в опасные игры. Только об этом поговорим уже в воскресенье: сегодня не было сил, а завтра никто не знает, как пройдет день. Но с Адель действительно надо поговорить, иначе мы так и будем тянуть детей каждая на себя.
Мы с Сеней долго сидели рядом и болтали ни о чем. Рядом с ним становилось тепло и комфортно, особенно когда он не играл в няня, а оставался самим собой. Когда так получилось, что вместе с детьми я начала считать и Сеню своей семьей? Хотя разве могло быть иначе? Я так и уснула, опустив голову ему на плечо, а когда проснулась, лежала в своей кровати, а за окном брезжил рассвет.
Слышала, как хлопнула дверь – это Данька собрался на пробежку.
– Подожди, я с тобой.
Это уже Марк. А девочки – сони, они не станут рано вставать в выходной. Я тоже умылась, надела домашние брюки и футболку, а потом пошла завтракать. Ровно в восемь в столовую стеклись все – Аня, Юля, довольные пробежкой мальчишки и Арс. Жаль, и Адель тоже присоединилась к нам.
– Варварская привычка – завтракать так рано, – зевая, сообщила она.
– Не так уж и рано, – ответила я. – Уже восемь, и планов на день много.
– Да, у меня тоже.
Я пока не желала раскрывать, что мы будем делать, и сомневалась, если честно, захотят ли дети поехать со мной, но и ссорить их с матерью не собиралась.
– А у меня для вас сюрприз, – сказала детворе. – Как вы смотрите на то, чтобы прогуляться немного?
Все четверо переглянулись.
– Я за, – первой согласилась Анечка. – Дань, ты пойдешь со мной?
В том, что Аня души не чает в старшем брате, никто и не сомневался.
– Хорошо, – кивнул тот.
