— Максвел, а может перестанешь валять дурака? — взгляд герцога Ленкиса вмиг стал жестким, и все показушное дружелюбие слетело с него, как шелуха. — Ты отлично знаешь, о каком пари идет речь. У тебя оно называется «ларентийским». В Игере — «игерийским». А вообще-то оно в Герию пришло из Римерии. Лет так сто назад. И тогда имело общее название — «римерийское пари на любовь». Правда, тогда ставили не на умение затащить девку в постель, а на женитьбу на подходящей девице. Но в Герии к этому подошли творчески, и условия пари несколько поменялись. Так что не делай такие удивленные глазки, сам, наверняка, по молодости заключал такие пари.
— Допустим, — осторожно согласился герцог Норги, не отрывая холодного взгляда от гостя. — Но я все равно не понимаю, что тебе от меня надо. Я уже давно вышел из возраста, подходящего для таких игр.
— Ладно, уговорил, буду с тобой откровенен, — Ленкис пригубил принесенное слугой вино и лично разлитое хозяином кабинета по бокалам. — За последние два месяца в Бренире убито четверо молодых аристократов. Двоим достались арбалетные болты, один получил кинжал в сердце, еще один — метательный нож в глаз. И у каждого нашлась такая карточка. Как понимаешь, я не мог оставить такое безобразие без внимания. Начали разбираться. Наш молодняк до сих пор играет в это пари. И эти четверо — тоже. Но вот незадача, у всех у них были ставки на разных девиц. Абсолютно на разных. И эти девицы никогда между собой не пересекались. Никогда! Да, все пари окончились для девиц… не совсем удачно. Двое покончили жизнь самоубийством, одна в монастыре, одна сошла с ума. Среди них не было ни одной аристократки.
— И зачем ты мне все это рассказываешь? — милорд Норги лихорадочно просчитывал цели приезда герцога Ленкиса, совершенно не различая вкуса вина. — Ну, заигрались юноши, и кто-то решил им отомстить. Дело житейское. Пусть семьи разбираются.
— До тебя совсем не доходит? — лорд-управитель Бренира закатил глаза и скривился. — Максвел, пошевели мозгами, будь любезен! Работали наемники. Две группы профессионалов. Я же не зря уточнил, что аристократок среди девиц не было. А от простолюдинов наемники заказ на аристократа не возьмут. Ни от горожан, ни от купцов. Никогда! То есть нанимал убийц аристократ. По-прежнему ничего не хочешь мне сказать?
— Пока я внимательно слушаю тебя, — Норги пытался сопоставить происходящее в Бренире с происходящим в Ларентии. Ему не хватало Хорини с его способностями к интригам. — И какие я должен сделать выводы?
— Ты разочаровал меня, Максвел, — с досадой вздохнул Ленкис и отставил бокал. — Ладно, продолжу. Одну группу мы повязали. Точнее, пятерых убили при их попытке грохнуть очередного мальчишку, одного раненого взяли в плен. Только ничего внятного он не сказал. Да и не мог сказать, он — простой стрелок. Но суть такова, что их группу нанял кто-то очень родовитый, выдал список из шести имен, заплатил хорошо. И вот что самое интересное, заказчик — не бренириец. Заказчик из Тортореи. Начали рыть дальше. Выяснилось, что второй группой руководит Каренсий. А Каренсий — один из ручных псов лорда-управителя Тортореи герцога Митила. Как сам понимаешь, самого герцога я спросить не могу, я с ним в плохих отношениях. Попытались взять Каренсия, но он что-то почувствовал и вместе с группой из Бренира ушел в Ларентию. Не в Торторею. И последнее, у убитого старшего группы наемников была еще одна карточка.
— «Ларентийское пари. Выигравший проиграет», — герцог Норги брезгливо взял за уголок протянутую Ленкисом вторую карточку, испачканную с одной стороны чем-то бурым, похожим на засохшую кровь. — Понятно. Прежде чем продолжим беседу, скажи, ты не узнавал, у остальных лордов-управителей нет таких проблем с пари?
— Нет, только у нас с тобой, — герцог Ленкис отрицательно покачал головой. — Как сам понимаешь, в лоб такие вопросы не задашь. Но мои люди просмотрели все некрологи всех двенадцати городов за последние три месяца. Так вот, мор на молодых аристократов только у нас с тобой. Еще в семи городах все живы и здоровы. В остальных трех: в одном баронет на охоте упал с лошади и сломал себе шею, во втором какой-то аристократик отравился из-за несчастной любви, в третьем — такой же «счастливчик» пал жертвой грабителей. И только в Бренире и Ларентии умерло больше трех высокородных. Тебя это не наводит ни на какие мысли?
— Наводит, — хозяин кабинета решил все же поделиться информацией. — У меня шесть трупов. Восемь разоренных до нищеты. Один банк умер полностью, еще один испытывает очень большие финансовые трудности. Из наемников в Ларентии — Каренсий, Трикси, Лонрак и… Джен Великолепная.
— Джен здесь?! — герцог Ленкис удивился так, что аж подпрыгнул на месте. Маленькие глазки оживленно блеснули. — Она же кровью никогда не пачкалась! Хотя если банки и банкротства — её работа, а трупы — других групп, то все может быть. Хотя никогда не слышал, чтобы Джена с кем-нибудь кооперировалась. Джен — человек Стила, это Сокраментия. Каренсий — Митила, это Торторея. На кого работают Трикси и Лонрак?
