— Да, господин Кан, — увидев номер менеджера Кана, поднимаю трубку.
— Су Джин, — раздался взволнованный голос из раскладушки, — У тебя что, ещё не закончились занятия?
Я ещё раз обвёл помещение взглядом. Действительно, в классе оставался только Гю Бо, читающий что-то за учительским столом.
— Закончились, — с отстранённым удивлением сказал я, сжимая и разжимая пальцы в кулак. Сейчас подушечки пальцев отдавали болью и одновременно с этим онемением.
— Тогда почему ты ещё не в зале для хореографии? — послышался его удивлённый голос.
— Зачем? — не понял я. — Я же отстранён.
— Ты отстранён от танцевальной практики, а не танцевальной постановки.
Черт, — мысленно выругался я. Так надеялся, что от уроков танцев избавился в любом их проявлении.
— Су Джин, у тебя есть минута, чтобы оказаться в зале для хореографии, пришли Эклипсы, и с ними вас посетит генеральный директор, вместе с главой преподавательского состава. Все трейни должны их радостно и воодушевлённо встречать, ты понял?
— А Еклипсы, это…?
— …
— Господин Кан? — переспрашиваю я, так как в телефоне слышу только тишину.
— Это айдолы из агентства C9 Entertainment, — уставшим голосом сказал менеджер Кан. — И, ради всего святого, я заклинаю тебя, Су Джин, не вздумай при них сказать, что ты их не знаешь. Три года назад они имели все шансы стать самой популярной женской группой Кореи.
— Понял, — я одеревеневшими пальцами переложил, телефон с одной руки в другую и скривившись теперь пытался разработать и вторую руку. — Сейчас буду.
— Поспеши, через минуту ты уже должен быть здесь и… — замялся господин Кан. — Я этого не должен говорить, но вы будете разделены по группам, где каждая команда будет соревноваться друг с другом, а главой каждого конкурирующего коллектива будет одна из девочек-айдолов. Су Джин, для тебя это шанс, набрать рейтинг и дебютировать. Ты должен всеми силами попасть, в самую перспективную команду и показать себя.
— Вас понял, спасибо, — ответил я и, услышав сигнал об окончании звонка, сложил телефон.
Так, и чем мне это грозит?
Поднявшись, на этаж, где обычно проходит урок по хореографии и завернув за угол лифтового холла, вижу целую толпу персонала.
— Здрав… — хотел было поприветствовать, но сразу наткнулся на строгий взгляд господина Кана. Он резко и быстро качнул головой в сторону двери аудитории, показывая, чтобы я поспешил внутрь.
Больше он внимания на меня не обращал, так что послушавшись, я направился внутрь.
Первое, что меня встретило — тишина. Вся наша неполная тридцатка стажёров стояла у зеркальной стены и, судя по их виду, боялись даже дышать. Напротив взволнованных чем-то подростков стояла Йе Рим — наша учительница танцев. Женщина, по первому взгляду, тоже спокойствием не отличалась.
— Здравствуйте, тренер, — сказал я и слегка поклонился.
— Проходи быстрее, Су Джин, — увидев меня, она улыбнулась и указала в конец неровного строя.
Когда я проходил мимо, почувствовал лёгкое прикосновение и, обернувшись, заметил её руку на своём плече.
— Мы уже слышали новость о твоём отстранении, — с грустной улыбкой, сказала Йе Рим. — Не расстраивайся. Я знаю, как тебе нравятся танцы, но это временно. А пока мы можем встречаться на уроках постановки.
Я слегка улыбнулся женщине, в знак признательности, но в мыслях мог только поморщиться. Для меня было всё едино. Что практика танцев, что их постановка, перспектива посещать, любое из этих занятий, меня совершенно не вдохновляла.
Развернувшись и направившись на своё место, я встретил ещё одного знакомого — Ын Хо. Не-блондин стоял в первом ряду и смотрел со взглядом, будто выиграл у меня в карты. Глаза сияют, подбородок поднят, а ухмылка выражает полную и безоговорочную победу над жалким мной.
«Ну хоть кто-то здесь готов меня поддержать, в моём нежелании посещать это место», — подумал я и тоже кивнул парню в знак признательности.
Через несколько минут дверь в зал распахнулась и на пороге появилась часть той самой толпы, которую я встретил в коридоре. Зашли не все, к тому же добавились новые, незнакомые мне лица.
Первый, возглавляя эту важную делегацию, зашёл наш генеральный директор — господин Вон. Он здесь, как я понял, ответственен за самые важные объявления, и в прошлый раз я его уже видел.
Вторым был менеджер Кан, а сразу за ним шёл болезненно худой мужчина с аккуратно уложенными, но редеющими волосами. На его голове было столько лака, что казалось, от света ламп он вот-вот расплавится и стечёт ему на лицо.
Лично он был мне не знаком, но, как и весь руководящий персонал, его фотографию, имя и должность, я видел на сайте агентства. Это был руководитель преподавательского состава Бо Гиль. Человек, отвечающий за составление всей учебной программы, и подбор основных тренеров и учителей.
И если впереди шли уже знакомые нам лица, то те, кто следовали за ними, удивили не только меня, но и остальных присутствующих.
