— Не хотите Анне говорить, давайте Кузьме Макаровичу сообщим, — не сдержался кот спрыгивая со стула и подходя к Глебу. — Так, для подстраховки вашей никчемной сущности.
— Если уж вы говорите, что я никчемен, то и вовсе не вижу повода для переживаний, —признался Глеб, подхватив пальто, цилиндр, и вместе с котом вышел из квартиры.
Погода как назло не располагала для прогулок. В воздухе висела неприятная всё пронизывающая морось, а холодный ветер так и норовил забраться за воротник. Взглянув на небо, Глеб едва заметил мутный диск луны, круглый будто пятак, закатившийся за рыхлые тучи. Что ж, полнолуние самое время для тайных встреч и скрытых ритуалов, или чем они там занимаются.
Врожденный азарт наполнял кровь адреналином, заставляя забыть про страх и окунуться в необычное приключение.
— Давайте я пойду с вами? — предложил Порфирий Григорьевич, переминаясь с лапы на лапу. — Всё под приглядом будете, а то вы, друг мой, как дитя малое.
— Не стоит, — отмахнулся Глеб. — Я уверен, всё будет в порядке. Сами увидите, когда придете меня завтра будить и станете ворчать, мол, сколько можно спать, лишь бы не работать, лишь бы не общаться, и тому подобное.
— Ваши бы слова да богу в уши, — вздохнул Порфирий Григорьевич. — Ладно уж, ступайте. Оружие взяли?
Глеб похлопал по карману пальто, где лежал револьвер, тот самый, что месяц назад или целую вечность назад, он взял у Рубченко.
— Надеюсь вам не придётся им пользоваться. А то ненароком в себя пальнете.
— Вы удивительно высоко оцениваете мои способности, — хмыкнул Глеб. — Всё удачи, а то опоздаю, — и подняв воротник он поспешно вышел под дождь, оставив кота у подъезда.
К месту встречи он поспел вовремя. Тощую фигуру Куропаткина приметил сразу, тот стоял у фонаря, будто купаясь в его тусклом свете, и то и дело поглядывал на часы. Завидев Глеба, он дернулся, и на миг скривился, будто был не рад их встрече. Но тут же взяв в себя руки заявил:
— Наконец-то вы пришли. Мы не можем опаздывать!
— И вам добрый вечер, — отозвался Глеб. — Погода великолепная, вы не находите?
— Что, погода? При чем тут погода? Нет, дрянь погода, как и вечер. — Куропаткин поежился. — Ступайте за мной и не спорьте.
Глеб и не собирался спорить, наоборот, он согласен был следовать за этим подозрительным типом чтобы узнать, что за тайну унес с собой в могилу Крапивин, а так же возможно Мельников и несчастная художница.
Буянов ожидал, что они пойдут пешком, но в конце дома Куропаткина ждал паромобиль.
— Садитесь и не задавайте лишних вопросов, — обратился он к Глебу.
— Отчего же, сударь? Я ведь крайне любопытен, а у вас ко мне должок.
— Я это прекрасно помню, поэтому мы тут, — огрызнулся Куропаткин, явно нервничая, затем завел механизм и машина понеслась по тёмным улицам спящего города.
Паровик так часто петлял, что скоро Глеб запутался, где они вообще едут и плюнул на попытки запомнить обратную дорогу. Ничего, после разберется. Сейчас самое интересное впереди, решил он и не прогадал.
Когда паровая машина остановилась, Куропаткин повернулся к Глебу:
— Пальто и цилиндр оставьте в машине, на заднем сидении возьмите плащ и маску.
— Маску? — удивился Глеб. — Не думал, что мы идем на маскарад.
— Такие правила и не я их придумал. — Куропаткин вздохнул. — Или выполняйте или я отвезу вас обратно.
— Ну зачем же обратно, я вовсе не против костюмированного вечера. Где там ваш плащ и маска, давайте сюда.
Казалось после этих слов Куропаткин вздохнул с облегчением. Прямо в машине они оба надели полумаски из плотного шелка, только у Куропаткина она была черной, а у Буянова белой. Затем накинули такие же шелковые плащи с глубокими капюшонами, и уже в них покинули паровик.
Куропаткин шел первым и Глеб, следуя за ним по пятам, попытался сообразить, куда это они приехали. Приземистое здание терялось среди густого кустарника и тощих росчерков деревьев. Единственным освещение оказался одинокий фонарь, висящий на цепи у двери.
Куропаткин подошел ближе и постучал. Вначале три раза, затем два и потом еще три, но несмотря на условный стук дверь отворилась не сразу. Вначале в ней открылось окошко похожее на то, что бывает в тюремной камере. От этих воспоминаний Глебу стало не по себе, но он прогнал их прочь, сосредоточившись на происходящем. Кто-то взглянул сквозь окошко на них и Глеб прислушавшись услышал как Куропаткин прошептал:
— Пилигримы.
После этих слов окошко резко закрылось, щелкнули замки и дверь распахнулась. Куропаткин поспешно переступил порог, точно боясь, что страж сейчас передумает, а за ним поспешил и Буянов.
Дом оказался пустым и даже заброшенным. Глядя на деревянную лестницу, ведущую на второй этаж, на которой лежали сухие кленовые листья, он успел подумать стоит ли по такой подниматься? Впрочем Куропаткин, видимо, бывал здесь не раз, поскольку даже не посмотрел на лестницу, а сразу же направился по короткому коридору, в конце которого начинался спуск вниз, видимо в подвал.
Глеб насчитал два пролета и двадцать ступней, прежде чем они спустились и нырнув через каменную арку оказались в круглом зале.
