— Знаешь… По-моему, она экономила силы до последнего. До неё женщины в круге держались по пять-шесть боёв. А на Тай пришлось всего три, — не согласилась Альфэй.
— Ну так головой тоже надо уметь пользоваться.
— Вот тут я с тобой полностью согласна.
Насыщенный первый день в сотворённом мире закончился в охапке сена, которую для неё кинула Юн. Уснуть никак не получалось: Альфэй не привыкла к столь грубой и колючей постели, к сквознякам и крику ночных животных.
Конечно, она была богиней, а значит крепче любого смертного. Простуда и переохлаждение ей точно не грозили, как и местные болезни. К тому же в сотворённом мире её не то что комар или змея, но и любое животное не тронуло бы. Исключение составляли разумные расы: вот у тех хватило бы ума или же его отсутствия, чтобы убить собственного Бога-творца и обречь тем самым свой мир на гибель.
Об опасности миров, сотворённых богами-недоучками, наставники не раз рассказывали. И большую часть посвящённого сотворению миров обучения составляли рекомендации, что и как надо делать, чтобы точно выжить. Альфэй, в отличие от соучеников, серьёзно относилась к учёбе: она очень не хотела стать героиней новой байки о том, как позатейливее убиться в собственноручно сотворённом мире. Поэтому у неё давно был составлен подробный план работы на каждом этапе сотворения мира. Альфэй рассчитывала, что получится сократить временные и энергетические затраты и с бытовыми неудобствами сталкиваться лично не придётся. Но не вышло. По какой-то причине на сотворение мира ушло вдвое больше сил, чем в пессимистичном прогнозе.
Её, как уроженку более продвинутого мира, особенно удручало в нынешних обстоятельствах отсутствие комфортных условий для соблюдения личной гигиены. Хотелось уединения и удобств, хотя бы когда справляешь малую и большую нужду. Кустики для таких дел Альфэй совершенно не устраивали. Она же не кошка, чтобы ямки в земле рыть!
Резерв всё так же оставался пугающе пуст. А это значило, что придётся какое-то время жить в подобных условиях, и вот на это Альфэй была категорически не согласна. Ворочаясь с боку на бок, она принялась составлять новый, более приближенный к нынешним реалиям план действий.
Утром первым делом Альфэй сплела из бамбука циновку. На чём-то подобном в исторических фильмах спали бедняки. Конечно, циновка вышла жёсткой, но и охапка сена, если подумать, не очень-то мягкая, да ещё и колется. Так что, по крайней мере, от одного из неудобств во время сна удалось избавиться.
Получившаяся циновка выглядела неказисто, а по краям разваливалась. Всё потому, что Альфэй знала о процессе изготовления только в теории. Но главное —на этой циновке можно было спать.
Следующим по плану она соорудила отгороженный стеной из воткнутых в землю стеблей бамбука уголок для туалета. Вот где сено действительно пригодилось!
— Ты рано встаёшь. Пойдёшь со мной на охоту? — спросила Юн, когда проснулась.
— Нет. Лучше прогуляюсь по берегу и поищу что-нибудь полезное. Есть запасной нож?
— А то как же. Найдётся!
Охоту Альфэй не любила и не понимала. Ей претило убийство живых существ. Что, впрочем, не мешало есть мясо в уже готовом блюде. Так что стоило подыскать себе какое-то другое дело, которые позволило бы обеспечить сытое проживание в нынешних реалиях. И для начала она решила осмотреть берег. Потому что накануне заметила, что в общине торгуют лишь рыбой. Но в непосредственной близости от моря, можно только гуляя по берегу набрать много полезного. Ведь как-то же добывали мидий, морских гребешков, крабов, морскую капусту и даже янтарь.
Из бамбука она сплела корзину для своих будущих находок и вырезала флягу, которую дальновидно наполнила пресной водой.
Чтобы добраться до моря, пришлось долго идти под гору. Чем ниже Альфэй спускалась, тем ощутимее теплел пропитанный солью и влагой воздух.
На кромке песчаного берега Альфэй обнаружила пальмы, а на них те самые фрукты, которыми торговали в общине. За бананами даже не пришлось лезть: дерево само сбросило плоды, стоило обратиться к нему. Всё же в том, чтобы быть создательницей мира, скрывалось множество выгод и возможностей.
В родном мире Альфэй жила в мегаполисе и о таком богатстве и разнообразии флоры и фауны только слышала. Кажется, подобным славилась Сычуаньская провинция. Она не была уверена, существуют ли похожее места на самом деле, но, в конце концов, это был её собственный мир, так почему бы ему не быть щедрым?
Альфэй застыла, любуясь бесконечной лазурной гладью, всей собой впитывая и наслаждаясь солнечным утром, приятным, тёплым ветерком и морем, лениво катящим белые барашки к берегу. Такую безмятежность она видела только на фотографиях и видео в родном мире. На Небесах стремительные, бурные реки, берущие начало из ледников горных вершин, срывались со своеобразного «края мира» и терялись в облачном море. Небеса представляли собой непривычную Альфэй планету — круглый шар, а паривший в облаках искусственно созданный материк со своей атмосферой и законами, закрытый от вмешательства извне других вселенных и миров.
