— Не убьёт, иначе давно была бы надзирательницей, — стоило признать, что в логике и умении делать выводы Ежану равных нет.
Закончив с раздачей, Альфэй поспешила вернуться на кухню, чтобы поесть самой. Впрочем, от мысли питаться тем, что тут принимают за еду, она тут же отказалась. Всё равно боги не умирают из-за голода.
— Ты больше не будешь? — деловито осведомилась Сяои. Альфэй мотнула головой, и бывшая подруга забрала её порцию, чтобы потом куда-то унести.
Отсутствовала Сяои недолго, но Альфэй уже успели пристроить к мытью посуды. Вместе с ещё десятком мужчин и женщин они справились с горой грязной после обеда посуды и приступили к приготовлению ужина.
Альфэй заподозрила, что «ссылка на кухню» — это такая изощрённая месть Сибилла. Ведь она просто ненавидела кулинарию! Злопамятный засранец.
Вернувшись в свою камеру, Альфэй с наслаждением растянулась на скрипучей койке. Попадись ей сейчас Сибилл, она без каких-либо сожалений вогнала бы кинжал ему в сердце. Паршивец определённо заслужил!
Да и Сяои, для которой кухня — предел мечтаний, хороша. О чём тут мечтать⁈ Чему восторгаться?
— Злишься? — осторожно спросила Сяои, присев на свою койку.
— Очень! Сегодня я вспомнила, почему ненавижу готовку и всё, связанное с кухней.
— Зато на кухне мы никогда не останемся голодными. Это лучшее, на что нам приходится рассчитывать.
— А как насчёт надзирательниц?
— Я не настолько сильная, а ты — жестокая, чтобы получить это место. Глупо мечтать о том, что не соответствует действительности. Лучше позаботиться о миске риса, тёплом одеяле и спокойном сне.
— Да что ты знаешь о действительности!.. — подскочила Альфэй, отчего койка издала душераздирающий звук.
Захотелось рассказать Сяои обо всём. Об их божественной сути, утраченной дружбе и том, как они тут очутились — из-за предательства Сяои в том числе. О ловушке, в которой они оказались. О миссии, возложенной на них.
Шагнув вперёд, Альфэй протянула руку.
— Что ты хочешь сделать? — Сяои откинулась на локти, видимо, что-то прочитав по лицу Альфэй.
Скрипнула железная дверь, отвлекая от планов жестокой расправы. Чтобы поквитаться, был более желанный кандидат.
— Привет, милашки, — плотоядно улыбнулся Ежан, без стеснения завалившийся в их камеру. — Сяои, красавица моя, я украду у тебя Сяоа на эту ночь. Не скучай тут в одиночестве.
— Конечно, надзиратель Е, — прощебетала Сяои. Она мило улыбнулась и сложила ладошки на коленях, как самая примерная и послушная девочка.
— Ты готова, Строптивица?
— Главное, чтобы ты был готов, красавчик, — многообещающе улыбнулась ему Альфэй и неспешно направилась к выходу.
— Будь благоразумна, — схватила её за руку Сяои, удерживая подле себя.
— Чего ты переживаешь? Если убью его, стану надзирательницей, — ободряюще похлопав по ладони, убрала от себя её руку Альфэй.
Ожидавший у двери Ежан смотрел на неё уже не так самодовольно-покровительственно, в его взгляде отразилась настороженность. Странно, что при всём своём уме Ежан продолжал добиваться именно её, ещё и таким спорным способом. Но, как говорится, сам напросился.
— Сяоа!.. — надрывно позвала Сяои.
— Да не собираюсь я его убивать, не волнуйся так. Верну в относительной целости и сохранности, — не выдержав отчаянного взгляда, всё же пообещала Альфэй.
Даже после её провокационных слов Ежан не одумался и не передумал. Правда, теперь держал её в поле зрения. Разумная предосторожность, если бы она не была богиней.
Жил Ежан в точно такой же голостенной и тусклой камере, как и они с Сяои, только в три раза больше. Также у него имелись двуспальная кровать, письменный стол, стул и шкаф — видимо, настоящая роскошь по здешним меркам.
Дождавшись, когда она осмотрится и развернётся к нему, Ежан схватил её руку и прижал к щеке, шумно вдохнул воздух у запястья и закрыл глаза, словно бы от удовольствия. Впрочем, неизвестно, какие пошлости он себе воображал.
— Покажешь, как ты меня хочешь, Строптивица? — спросил Ежан, открывая глаза и отпуская её конечность.
— С удовольствием, — пообещала Альфэй и резким ударом раскрытой ладони в грудь отпихнула его. В это простое движение она вложила всю свою силу, негодование, злость, обиду и разочарование.
Ежан попятился, по инерции натолкнувшись на жалобно скрипнувшую железную дверь, и выплюнул глоток крови.
— Ты же сказала, что не убьёшь меня, — отчего-то Ежан удивлённо смотрел не на неё, а на пятна крови на полу.
— Я не очень хороша в этом. Но немного помять тебе рёбра просто обязана. Очень надеюсь, что ты ненавидишь боль, так же, как и я.
Альфэй ударила кулаком в свою раскрытую ладонь, показывая серьёзность намерений, и шагнула вперёд.
— Нет, постой! Я же никогда не делал тебе ничего плохого. Наоборот, попросил Сяои присматривать за тобой и не давать в обиду. Чтобы твоим состоянием никто не мог воспользоваться и навредить тебе, — выставил перед собой руку в попытке остановить Ежан.
— Попросил её дружить со мной? — с издёвкой растягивая слова, подсказала Альфэй. Она и не забывала об этом нюансе предательства, и злить её напоминанием было чистым самоубийством.
— Д-да…