— Да, я их очень хорошо чувствую. Такие твёрдые и напористые.
— Ты такая сильная и прямолинейная. Голову теряю из-за тебя. Про наблюдение забываю. Так хочу…
— Я тоже кое-чего хочу, — Альфэй вывернулась из захвата и резко развернулась лицом к Ежану. — И ты мне это дашь.
— Всё что угодно!
— Вот и договорились, — она положила ладони на его виски и пустила собственную энергию.
От боли Ежан заорал и попытался отпрянуть. Но из хватки богини не так-то просто вырваться, особенно не помня, что сам являешься богом.
Он упал к её ногам, и только через три минуты в её комнату ворвалась Сяои.
— Что ты с ним сделала⁈ — заорала она вне себя от злости и тут же присела, чтобы помочь своему возлюбленному другу.
Влить свои силы и в Сяои Альфэй не успела, понабежала куча народа.
— Ты что, реально его избила? — голос Жонгмина звенел восторгом.
— Ещё чего. Ему стало плохо. Я ничего не успела сделать, — решила отпираться она.
— Лгунья! — взвизгнула Сяои. — Ты это специально. Вспомнила, что он тебя бросил, и…
— А вот с этого места поподробнее, — оборвала её крики Альфэй. — Мы с… участником Е только вчера познакомились.
— Это ты так думаешь, — смакуя новость, довольно протянул Жонгмин. — В прошлом сезоне вы с ним тоже участвовали в этом телешоу. Начали встречаться, но он тебя слил ради победы. И ты почти его ударила, но тогда тебя вовремя остановили.
— Так мы…
— Да! Вы встречались, и он тебя бросил перед камерой и миллионами телезрителей. Прикинь, как было весело⁈ Ты даже ревела…
— Как ты, Сяое? Что-то болит? Это Сяоа тебя ударила? — голос Сяои отвлёк Альфэй от соблазна без сожалений сдать Сибилла старшим богам и забыть обо всём раз и навсегда.
Во всём виноваты дурацкие иллюзии, каждая из которых сначала вытреплет и вымотает нервы, а потом разорвёт сердце и душу.
У ног Альфэй принял сидячее положение Ежан и состроил самую жалкую физиономию из всех, которые она когда-либо у него видела.
— Прости меня! — выпалил он.
— Нужно поговорить.
— Конечно, — Ежан как будто с облегчением воспринял её слова.
И Альфэй запоздало вспомнила, что соученики-преступники вновь предали её и даже почти убили в прошлой иллюзии. Она злилась на них в тот момент, но сейчас были дела важнее обид и мести.
За скандальное поведение Альфэй наверняка сняли бы с телешоу, как Дзе-Дзе, на радость Жонгмину. Но Ежан смог договориться, чтобы их обоих оставили на проекте. Всё же в божественном амплуа обаяние этого паршивца становилось непреодолимым для очень многих. Или же у него в общении и обольщении попросту больше опыта, чем у Альфэй.
Когда Ежан всех успокоил, разогнал и договорился об уединении в комнате для персонала, они наконец остались только вдвоём без свидетелей.
— Так о чём ты хотела со мной поговорить? — спросил он.
— Мне нужна твоя помощь. Мы забудем все обоюдные обиды, и я никогда не подниму тему твоего предательства, — Альфэй сразу вывалила все уступки, на которые согласна пойти.
— С чего вдруг такая щедрость? Я думал, что ты с радостью посмотришь на то, как тёмный бог нас всех убьёт. Ещё и плюнешь на могилы, если те появятся.
— Мне претят убийства, — поморщилась она.
Странно слышать от собственного любовника фантазии о её жестокости. Альфэй казалось, что она не давала повода считать себя настолько мстительной.
— Но ты же сама чуть было не лишила жизни, когда думала, что тёмный бог — сердечный демон, — нечестно напомнил ей Ежан о промахе.
— Тогда я была уверена, что он часть меня самой. Это же совершенно разные вещи: убить собственную часть-сущность или сделать это с другим человеком…
— Богом, ты хотела сказать?
— С кем угодно! Да, признаю, я предвзята к смертным и всем прочим, кто не похож на людей. Но это не значит, что мне приятно смотреть на чужую смерть, чьей бы она ни была.
— Я помогу тебе, и всё станет как раньше? Мы будем вместе… — предположение Ежана поразило в самое сердце.
— Нет! Вот об этом забудь. Я намерена не вспоминать прошлое и то, что мы встречались, тоже, — в чём Альфэй была уверена, так это в том, что никогда больше не будет вместе с мужчиной, который предал её и замышлял свести с ума.
— Понимаю, — Ежан опустил голову, то ли сожалея, то ли соглашаясь с её категоричностью. — Так что за просьба?
Альфэй сплела заклинание ментальной связи и попыталась рассказать Ежану, что от него хочет. Но заклинание отчего-то не сработало.
— У меня тоже не получается заклинание ментальной связи, — сказал Ежан, подтверждая её опасения. — Видимо, он блокирует наши возможности, частично или полностью… Но я и так догадываюсь, что ты от меня хочешь. Думаю, ты переоцениваешь наши силы. На Небесах всё находится во власти Верховных богов, семьи Лянь, а твой… Он уже убил двоих из нас.
— Я знаю! Всё это… Я прекрасно понимаю. Мне нужен какой-то выход, — Альфэй сама не поняла, как сократила расстояние и схватила Ежана за руки.
— Тёмный бог — это тебе не милый котёнок!