Но горше всего знать, что сама Сяои не практикует воздержание. Подобное поведение вызывает в нём агрессию и болью отдаётся в сердце. Ваньлун мечтает оказаться как можно дальше от этой богини, но судьба распорядилась иначе.
— Знаешь, если бы я была вольна над своим сердцем, то выбрала бы тебя, — напившись, после того как Ежан только увлёкся наставницей Жу, признаётся Сяои. — Ты ужасно скучный, но, по крайней мере, надёжный. Да и не такой уж скучный, когда дымишься от желания… Затащила бы тебя в свою постель, но с друзьями так не поступают.
— Так это дружба у тебя такая извращённая? — поражается странной логике Ваньлун.
— Пф! От нетрахающегося извращенца слышу! — обижается на него Сяои и не разговаривает до их следующего похода в новый мир, который оказался сотворён наставницей Жу.
Ваньлуна мало интересуют любовные похождения Ежана. Хотя ученицу А в качестве грелки для постели он не одобряет. Больно сильна и опасна в гневе эта богиня.
— Она может яйца тебе оторвать, если что-то пойдёт не по ней, — честно предупреждает он друга, когда узнаёт о его новом любовном интересе.
— Это точно. Зато сколько страсти! Знаешь, длительное воздержание, оказывается, классная штука. Она буквально набросилась на меня, срывая одежду. Боги очень чувствительны ко лжи… Я просто сражён такой честностью в постели!..
— Ты же знаешь, я не люблю такие подробности, — морщится Ваньлун.
— Вот-вот. Пожалей ушки нашей невинной фиалки, — зло вставляет Сяои, которая не любит период бурной влюблённости Ежана в новый объект страсти.
Ничто не предвещает того, что новая затея Ежана приведёт их в западню тёмного бога. Если бы у них с самого начала было больше информации…
Единственное, чему не перестаёт удивляться Ваньлун, — это тому, что ученица А не переходит на сторону противника и не пробует сама убить их всех. Впрочем, она верна Небесам и ради них готова спустить Ежану с рук попытку убийства. За свою долгую жизнь Ваньлун впервые сталкивается с подобной глупостью. С другой стороны, её с лихвой компенсирует злопамятность тёмного бога.
Их шанс на выживание как раз заключается в мягкотелости ученицы А, её нелогичном стремлении спасти тех, кто злоумышлял против неё. Проблема лишь в том, что та оказалась не способна не то что на убийство, а даже на один удар кинжалом. Какая-то совершенно неправильная и бесполезная богиня.
* * *