— Друг, — буркнула Альфэй, помня, что злить своего демона не очень-то умно, даже если мечтаешь перегрызть ему глотку.
— Он какую-то чепуху нёс про то, что мы тебя съедим. Это такая метафора?
— Нет, лисы действительно считают, что Дикие охотятся и пожирают разумных из других плёмён.
— Что за чушь⁈ Никого мы не едим. Бабушкины сказки… — заворчали окружавшие их тигры.
— Это удобное для других племён объяснение того, почему тигры не вступили в невыгодный для нашего племени Великий договор, — фыркнул Вождь тигров.
— И почему тиграм Великий договор не выгоден? — спросила Альфэй.
— Потому что по его условиям наши охотничьи угодья частично отойдут лисам и волкам. Их расчёт территории идёт по количеству особей, а не по количеству дичи требующейся одному представителю племени.
— Но мустангам и медведям, наверное, тоже много пищи требуется.
— Мустангам нужна трава, а медведи всеядны. Тиграм же нужны населённые дичью обширные охотничьи угодья.
Если всё действительно так, как говорил Вождь, то Альфэй можно было смело возвращаться на Небеса. Политические дрязги между племенами вполне нормальное явление для разумных рас. И в её случае показатель хорошо проведённого сотворения мира. В отличие от племени каннибалов или разгуливающего по её мирам, как у себя дома, сердечного демона.
— Значит, ты останешься теперь с нами? — спросил у Сибилла Вождь.
— Да. Я нашёл, кого искал.
— Вот и славно! Не хотелось бы терять такого охотника, — от Вождя потянуло удовлетворением.
Альфэй же думала о том, что для сердечного демона характерно желание взаимодействовать и, в конечном счёте, воссоединиться с богом создавшим его. Она корила себя за то, что отмахивалась от одержимости Сибилла её персоной, не замечала того, насколько это странно и нездорово.
Теперь уже жалеть о чём-то было поздно, оставалось действовать по обстоятельствам. Впрочем, Сибилл агрессии не проявлял и, похоже, собирался придерживаться обычной своей манеры поведения. Главное не спровоцировать его до вечера и по возможности не оставаться наедине. Действовать холоднокровно и рассудительно. А там резерв пополнится достаточно, чтобы переместиться на Небеса.
В тигрином племени не все обрадовались появлению Альфэй. От некоторых тигриц ощущались ревность и злость. Фанаток Сибилла тут оказалось немало. Правда, он их словно в упор не замечал.
В пещере, куда привёл её Сибилл, его запах был единственным и давним.
— Как только вернулся к тиграм, попросил Вождя забрать тебя из лисьего племени, — заметил то, что она принюхивается, Сибилл. — Ускользающий хвост рассказывал, что там плохо относятся к самкам, покрытым тигром, и тем более к их тигрятам.
— Я не беременна. И от тебя точно не понесу! — огрызнулась Альфэй.
— Тут нет противозачаточных средств… Разве что травы, помогающие скинуть плод, — мрачно заметил Сибилл.
— Для меня завести ребёнка нетривиальная задача, даже если бы я этого хотела. Так что даже не мечтай!
— Так и знал, что детей ты не любишь. Не беспокойся, если они всё же появятся, то я смогу позаботиться и о тебе, и о детях.
— Обо мне не надо заботиться. Я сама могу это отлично сделать!
— Мр… Да? Ты же не любишь охотиться и убивать.
— Я и сырое мясо не люблю, — сморщила нос Альфэй, вспомнив здешние блюда из мяса.
— А если я приготовлю его на огне, будешь? — лукаво улыбнулся Сибилл.
Альфэй невольно заинтересованно дёрнула ушами, и он засмеялся.
— Так и быть, ради тебя сегодня приготовлю на костре мясо. Кажется, я видел тут не так далеко солончак…
До вечера ей всё равно предстояло задержаться в этом мире, а сытный ужин непременно сказался бы положительно на пополнении резерва. Такие мысли заставили Альфэй вызваться помочь Сибиллу, от которого ощущались восторг и счастье.
Ускользающий хвост дал своё добро на кулинарные эксперименты. Но на развернувшего бурную деятельность Сибилла всё равно настороженно косились прочие тигры.
Альфэй честно помогла с добычей соли, сухих веток и травы для костра, а с приготовлением ужина Сибилл возился один. Оставалось поражаться тому, насколько демон смог развить вытесненный ею мизерный талант к приготовлению пищи.
Сибилл обложил камнями кострище, по бокам которого воткнул две рогатины, и при помощи палочек и травы под взволнованные ахи развёл огонь.
— Ч-что это⁈
— Небесный огонь!
— Как тигр-р смог получить его? — нарастал гул голосов.
— Спокойно. Огонь безопасен, если его не дразнить и не нападать на него. Он съест сухие ветки и траву, а затем потухнет. Можно сказать, что снова уйдёт на небеса, — уверенно заговорил Сибилл, успокаивая соплеменников, и от его слов Альфэй вздрогнула.
Демон словно говорил о ней, а не о разведённом костре. Мерещилось, что он точно знает, что она задумала снова сбежать от него на Небеса.
Когда от костра потянуло жареным мясом, на несколько мучительно прекрасных мгновений Альфэй забыла обо всех тревогах и подозрениях. Поесть по-человечески хотелось зверски.