С момента посещения Сибиллом небесного острова, его нытьё стало особенно душным, как и навязчивые попытки показать стриптиз.
— Фэй, тебе же нравятся высокие и крупные мужчины с крыльями? Я вполне подхожу. Только крылья добавить и… — ханьфу поползло с плеч, чтобы оголить рельефную грудь и торс с кубиками пресса.
Крылья Сибилл сотворил из клубящейся тьмы с серебристыми искорками звёзд ближе к позвоночнику. И прежде чем Сибилл продолжил, Альфэй поторопилась втолковывать ему свою точку зрения:
— Крылья нужны только чтобы добраться до небесного острова и не свалиться с него. И качки — совсем не мой типаж! Просто так совпало из-за крыльев. Вообще-то мне нравятся мужчины азиатского типа внешности, более… изящные. Как Шисяйсан, — мстительно добавила она.
Из-за её запрета Сибилл действительно не смог сам пройти в её чертоги. Зато у Шисяйсана эта привилегия осталась, и именно он провёл к ней Сибилла, стоило тому пожаловаться на нехорошую Верховную богиню, бросившую его и развлекающуюся со своим гаремом.
Её счёт к этому змею всё рос.
Альфэй не соврала Сибиллу. Раньше она обращала внимание на мужчин отвечающих китайским канонам красоты: высоких, стройных, которые прекрасной внешностью затмевали даже женщин. Как тот музыкант из публичного дома в мире Сяои. К этому же типажу относились Ежан и Шисяйсан.
Её бывшие парни были попроще, в своей смертной жизнь Альфэй даже не думала засматриваться на красавчиков похожих на айдолов или небожителей. Только вознёсшись, она стала смелее и честнее с собой.
Не хотелось задумываться, почему вдруг в этом мире в её чертогах и гареме руководил всем Азур, так похожий внешне на Сибилла. Проблем с сердечным демоном и помимо романтического интереса хватало. Не стоило усложнять, чтобы потом, когда Альфэй заставит Сибилла исчезнуть, ей не было мучительно больно.
Всё же вняв её заверениям, Сибилл убрал крылья, но его ханьфу приобрели лёгкую прозрачность, создавая ощущение прилипшего к телу намокшего шелка. И смотрелось это… Слишком! Альфэй невольно залипала на каждой складочке ткани. После чего ловила лукавую улыбку довольного собой Сибилла.
— Так как ты получила божественное имя на Небесах? — допрос от Сибилла, примерившего роль рокового соблазнителя, Альфэй приняла куда как благосклоннее его прошлых попыток разузнать больше об устоях жизни на Небесах.
— Когда вознеслась, мне его дал привратник на Небесах. Это должность такая, но наставник потом сказал, что любой старший бог на Небесах может дать божественное имя. Вроде как, кто будет быстрее, тот и назовёт. Вознёсшиеся боги появляются за пределами защитного купола Небес, а это небольшой пятачок земли, на котором стоит павильон небесного привратника. К тому же он записывает имя в специальную книгу, её ещё называют Книгой судеб, потому что, узнав истинное имя бога, можно прочесть его судьбу. Говорят, эта книга лишь копия, настоящая хранится у рождённых богов, а через копию привратник только пополняет список тех, кто попадает на Небеса.
— Защитный купол?.. Что это?
— Помимо того, что купол поддерживает атмосферу, он, по сути, представляет собой защитный массив, скрывающий Небеса в пространстве и времени. Привратник может активировать дополнительную защиту при угрозе нападения, чтобы обеспечить абсолютную изоляцию.
— Твой павильон тоже находится за его пределами?
— Конечно же, он внутри. Небеса — точка, из которой можно попасть в любой сотворённый мир, своеобразный перекрёсток миров, созданный светлыми богами, чтобы связать свои миры. Без особой надобности боги не покидают Небеса.
— И ты всегда оказываешься в одном и том же месте после сотворения миров?
— Откуда ухожу, туда и возвращаюсь, — подтвердила Альфэй.
Внимание Сибилла к любой мелочи, происходящей на Небесах, беспокоило. Впрочем, куда больше Альфэй волновало то, что он, кажется, всерьёз взялся её соблазнять, а на вялые попытки уйти в свои чертоги принимался капризничать.
— Зачем тебе возвращаться только для того, чтобы выспаться? Я специально для тебя обустроил спальню, обещаю, что не буду туда входить.
Свод пещеры в прожилках золотоносной руды подпирали прозрачные колонны светящегося изнутри камня. Сверху и снизу ставшую её спальней пещеру устилали синие, предгрозовые кучевые облака, которые приятно пружинили под ногой и простреливали зарницами в тёмной глубине. Кровать заменило гигантское облако, более тёмное и рыхлое, в которое можно было зарыться с головой.
Захотелось просто попробовать, каково это спать в такой постели. Опасение, что будет сыро и холодно не оправдалось. Наоборот, ощущение, что погружаешься в парное молоко из тёплого и сухого воздуха, моментально убаюкало.
Альфэй неплохо выспалась, а после озаботилась поиском ванной комнаты.