Да, он попал на кругленькую сумму. Он теперь должен выкупить собственную безопасность и, по логике, не время думать о бесполезных тратах, ещё и на «вкусняшки». Но с другой стороны, один несчастный сэкономленный кредит, по сравнению с общей суммой долга, был пылинкой. Его трата никак не скажется на ситуации. Он не сможет собрать кучку этих «пылинок» и отдать долг. Не хватит.
Денис приказал себе не думать об этом и уверенно подошёл к вагончику с шаурмой. Он пойдёт на площадь и вольётся в праздничную атмосферу, ведь сегодня «День работника ЖЭУ» – его праздник. Никто не смеет его отнимать. Жаль только, что премия такая мизерная, только на закуски и хватит. Вот ботинки бы новые взять – это да, это подарок.
Денис подошёл к площади уже запруженной народом. Его внимание приковал к себе длинный плакат с надписью: "День работника ЖЭУ – СДЕЛАЕМ СВОЮ ЖИЗНЬ И МИР ВОКРУГ ЧИЩЕ И ЛУЧШЕ!"
Движение по площади Ленина троллейбусов и других спецмашин в этот день было перекрыто. Сотрудники Службы Безопасности ЖЭУ лениво расселись на больших оранжевых блоках или даже капотах своих машин.
Денис встал около закрытой мастерской по изготовлению ключей. Он съел половину шаурмы, запил лимонадом. Протер губы жёсткими салфетками с названием закусочной – "Шаурма №1" (как будто в городе была №2).
Из рупоров, установленных почти на самом верху столбов линий электропитания, на всю площадь и за её пределы вещал женский голос:
– Друзья, не забываем, что конкурсная программа начнётся ровно в семнадцать тридцать. Наравне с работниками жилищно-эксплуатационного управления, вы сможете хотя бы на время примерить на себя стороннюю профессию. Посмотрите и попробуйте себя плотником, сапожником, пожарным. Специальные площадки развернуты возле парка. Подходите, сотрудники предприятий вам всё покажут, расскажут и дадут попробовать!
Площадь была полна людей, но Денис не видел жизни в некоторых лицах. Он встречал искренние улыбки у идущих навстречу детей, но натянутые улыбки их родителей создавали диссонанс. Казалось, что некоторым взрослым приходилось делать довольный вид только для того, чтобы у детей не возникало лишних вопросов. Например – а почему папа не радуется? Ведь сегодня такой погожий день и можно погулять по городу! Это же всё из-за праздника, разве нет? И салют вечером! Солнце прогревало улицы Синьевского нечасто. Все привыкли к пасмурным, серым и ветреным будням. Одинаково выглядящие улицы на протяжении всей жизни. Постоянные облака и опасность дождя. Одинаковая одежда, обувь, дождевик в кармане.
Чтобы почувствовать себя хоть на миг по-настоящему счастливыми, горожанам могло хватить и дня тёплых лучей. Их сознанию, образу жизни, было необходимо проветривание, подобно старому заброшенному дому, в котором заколочены окна и двери, и уже, очень давно, не появлялся свежий, бодрящий воздух.
На словах из рупора про почту, взгляд Дениса выхватил того самого почтальона, с которым он пересёкся накануне. Сейчас при нём не было увесистой сумки, и пачек писем в руке он не держал. Безымянный почтальон сидел за левым плечом памятника Ленину, на одной из четырёх скамеек. За памятником полукругом были высажены высокие снежно-голубые ели. В зеленый сезон клумбы между елями и скамьями притягивали к себе внимание разноцветным разнообразием цветов. Розы, лилии, георгины радовали взор прохожих, а их детей – заставляли не одну минуту кружиться вокруг них, подобно пчёлкам. Сейчас на клумбах все та же серость.
Почтальон откусил кусок своей булки и стал медленно жевать. Его взгляд встретился с Денисовым. Нахмурился. С чего вдруг? Денис, вообще, хотел присесть и доесть шаурму, но если этому типу он мешает, то лучше поискать другую лавку. Под эти мысли Денис продолжал идти вперёд.
Олег сидел, погруженный в свои думы: уйти в леса и поискать добычу? Или искать альтернативные способы заработка? Какие? Он нахмурился от своих дум и только сейчас заметил, как на него уставился какой-то чувак. Обычный, может чуть повыше его. Лицо такое… – овальное. Не резкое. Тихоня, по всему видно. Причёска короткая, такая аккуратная. А, это же тот дворник, что письмо передавал. Идёт, весь на своей волне. Ещё тоже жрёт что-то. Олег сдвинулся на край лавки. Хочет – пусть садится.
– Я присяду? – спросил, подойдя Денис.
– Да не вопрос, я не директор лавочки.
– Я помню, ты почтальон.
– А ты – дворник.
– Денис.
– Олег.
Они пожали руки. С минуту оба молчали, смотря перед собой. Денис доел и отправил кулёк из пищевой бумаги и пустую пластиковую бутылку в урну. Олег на него покосился.
– Ты чего какой-то невесёлый? Твой же праздник.
– Да и твой тоже. Почта ведь входит в ЖЭУ.
– Как бы да, но мы всё равно особняком. А вот вы, особенно те, кто в шахтах – главные герои. Я тоже, кстати, когда загруженный, жрать хочу дико.
– Ага, герои… – Денис невесело усмехнулся. – Я, кстати, не в шахтах, только уборка города. А ты сам тоже вроде не светишься от радости.
– Да у меня дома напряги, не до веселья.
– А чего ж тогда пришёл?
