Она расслышала перезвон колокольчика от двери и шаги на лестнице к мансарде.
Клара уже налила красного вина для Рейн-Мари и скотча для Армана.
- Боже, какой холод, - пожаловалась Рейн-Мари, стряхивая ледяные сосульки с пальто, прежде чем повесить его на вешалку. -
Она приняла бокал у Клары и пошла вслед за остальными в гостиную. Мирна предложила гостям кресла рядом с камином, а сами они с Кларой расположились на диване напротив.
- Ладно, - начала Клара, взгромоздив ноги на банкетку. - Выпивку вы получили. Долг платежом красен. Выпивка в обмен на информацию.
Сделав глоток скотча, Арман вздохнул.
- Изабель все еще опрашивает народ, - сказал он. - С вами уже побеседовали, верно?
Обе подруги согласно кивнули.
- Но, боюсь, мы не сильно помогли следствию, - созналась Клара. - По крайней мере, я. Я же ничего не видела. Не видела, как Кати туда зашла, не видела, как кобрадор за ней последовал.
- Как вам показалась Кати в этот раз, в этот приезд? - спросил Арман.
- Да как обычно, - ответила Мирна. - Может быть, чуть рассеяна, но скорее всего это мое воображение, учитывая случившееся.
- Ну же, Арман! - настаивала Клара. - Расскажи хоть что-нибудь. Это же не просто любопытство, пойми. Тут у нас убийство, и, если четно, мне страшно.
- Да, я понимаю, - сказал Арман. - Это одна из причин, по которой я сейчас здесь. Я не могу рассказать вам многого, отчасти потому, что нам многое не известно. Но могу сказать, что убили Кати Эванс не случайно.
- Что ты имеешь в виду? - спросила Мирна. - Что она и была целью с самого начала? Это сделал кобрадор? Должно быть, он.
- Похоже, что так, - согласился Арман, стараясь понять, заметили ли они его оговорку.
- Но зачем было играть с ней в игры? - возмутилась Клара. - Это так жестоко.
- Из того, что ты нам рассказывал, истинные кобрадоры не проявляли жестокости, - заметила Мирна. - Они практически бездействовали. Просто совершали акт гражданского неповиновения.
- Это не первый случай, когда что-то хорошее изменяется на противоположное, согласно изменившимся условиям, - заметила Рейн-Мари.
- И все же, вспомните, что на самом деле делал кобрадор, - напомнила Клара. - Он два дня просто стоял. Никому не причинил зла.
- Пока не убил Кати, - вклинилась Мирна. Но тут же покачала головой. - Все равно не срастается. Если ты желаешь кого-то запугать, зачем делать это при помощи какого-то призрачного испанского феномена, о котором никто не ведает? Да, к тому же, декларирующего на протяжении веков отказ от насилия.
Арман закивал - они снова вернулись к этой теме. Если уж чем и славились кобрадоры, то экстраординарной храбростью.
- Он не делал ничего дурного, - сказала Клара, - а мы его возненавидели.
- Вы встали на его защиту, - напомнил Арман. - Когда на него напали.
- Нам не хотелось, чтобы его убили, - сказала Мирна. - Но Клара права. Мы хотели, чтобы он исчез. Ты тоже этого хотел, я думаю.
Арман медленно кивнул. Это правда. Кобрадор был чем-то чуждым, нежданным, нежеланным. Он играл не по правилам цивилизованного общества.
Его появление вытащило на свет неудобные, неприятные вопросы. Может быть даже некую правду.
- Ты права, - признался Арман. - Но не будем его романтизировать. Очень велик шанс, что он убил Кати Эванс.
- А может… - начала Клара, но остановилась.
- Продолжай, - скомандовала Мирна. - Скажи это.
- Может она это заслужила? Простите. Я сказала ужасную вещь. Никто подобного не заслуживает.
- Конечно нет, - согласилась Рейн-Мари. - Но мы понимаем, о чем ты. Возможно, Кати Эванс совершила что-то такое, что повлекло последствия.
- Должно быть, так, - проговорила Мирна. - Если все, что ты сказал, правда. О том, что кобрадор это воплощение совести.
- Но совесть не убивает, - возмутилась Клара. - Разве нет?
- Конечно, убивает, - возразила Мирна. - Чтобы остановить большее зло.
- Поэтому убийство иногда оправдано? - поинтересовалась Рейн-Мари.
- Не оправдано, но объяснимо, - ответила Мирна, заполняя своим ответом пустоту. - Даже зверства. Объяснение нам может не понравиться, но мы не можем этого отрицать. Взять, к примеру, Нюрнберг. Почему случился холокост?
- Потому что потерявшим ориентиры, дорвавшимся до власти лидерам понадобился общий враг, - сказала Клара.
- Нет, - возразила Мирна. - Это случилось, потому что их никто не остановил. Слишком мало людей решилось противостоять этому злу, да и те раздумывали слишком долго. А все почему?
- Из-за страха? - спросила Клара.
- Отчасти да. А отчасти это было запрограммировано. Уважаемые граждане Германии видели, как повсеместно жестоко обращаются с теми, кого они считали чужаками – с евреями, цыганами, геями. Такое поведение стало нормой и приветствовалось. Никто не говорил им, что происходящее дурно. Фактически, им говорилось обратное.
- Да никто и не должен был им ничего говорить, - бросила Рейн-Мари.
