Стеклянный дворец (СИ) полностью

- Это несколько успокаивает. Но учитывая давность событий, фигурантов давно может не быть на месте. По крайней мере, я на это очень надеюсь...

- Понимаю, мастер. Мои оборонительные системы приведены в полную готовность.

- Умница. Юэ, что-нибудь ещё?

- У меня всё. Зонды продолжают наблюдение, иногда приближаясь к станции на критическое расстояние. Реакции нет.

- Значит, последуем их примеру.

Он погрузился обратно, в уютную субреальность своего саркофага, хмыкнул, заметив, что начал считать уютным гроб, ещё недавно казавшийся скорлупкой в объятьях тьмы, и снова воспарил среди интерфейсов и техночувств.

НАЧАТЬ СБЛИЖЕНИЕ

***

Закреплённые на стенах грузового отсека контейнеры раскрылись, обнажая своё содержимое. Там, упакованные в транспортный гель, покоились ртутные тела двух машин - мобильных средств разграничения и подавления потенциальных угроз. В старину похожие изделия назывались боевыми роботами и Декаурон, не желая изменять привычке, звал их штурмовиками. На деле роботы в большей степени предназначались для разведки, эвакуации и защиты, чем для настоящих военных действий, но это не отнимало у них ни хищной грации, ни серьёзной огневой мощи.

Конечности штурмовиков плавно пришли в движение, выискивая точки опоры. Оба шестиногих солдата отделились от своих лож, провели самодиагностику и заняли позиции возле внутренней диафрагмы шлюза. Гладкие и стремительные: корпус из двух сегментов, два подвижных сенсорных блока, шесть манипуляторов, собственный двигатель для передвижения в невесомости и пятьдесят часов автономной работы. Конструкция исключала для них понятия "впереди" и "сзади": роботы одинаково хорошо перемещались и вели наблюдение в любом направлении.

Следом за двумя СРППУ вылупились прочие члены передовой стаи. Лёгкие разведчики - приспособленные к невесомости мячи размером с голову человека, несущие десятки субдронов - шариков не более пары сантиметров в диаметре. Мобильный лабораторный комплекс - паукообразная платформа, оснащённая развитым вспомогательным интеллектом. Монтажники - смешные мягкие колбаски на ножках, предназначенные для прокладки линий связи и установки временного оборудования.

Каждый раз, когда новая машина вставала в строй, Декаурон замечал, как расширяется его тело. Каждый робот являлся экзопротезом, продолжением его рук, нервной системы, органов чувств и даже сознания. Пока стая наполняла один отсек, росла плотность восприятия на единицу объёма, но такому положению дел оставалось длиться недолго. Команда - и машины, одна группа за другой, начали шлюзование. Оказавшись снаружи, они цеплялись к решётчатой транспортной платформе, пока не покрыли её гроздьями своих корпусов. Первая фаза операции началась.

Декаурон и Юэ отправлялись последними. За спиной чавкнула внутренняя мембрана, насосы откачали аргоновую атмосферу, сведя на нет все внешние звуки, и шлюз открылся вовне. Там, подавляя воображение, вспухал планетарный диск. Освещённая часть планеты, выступая из тени, делила поле зрения на две части. Впереди, прокалывая бескрайний мрак, равнодушно сияла Ника, а совсем рядом виднелись фермы примитивного челнока, состоящего из двигателя, запаса топлива и системы стыковки. Задачей платформы являлась доставка экспедиции с корабля на станцию: пристыковывать к ней сам "Аонбар" посчитали слишком рискованным.

Закрепившись на раме и проверив ещё раз работоспособность всего отряда, Декаурон взглянул на висящую в десяти километрах - рукой подать - тушу "Вуали". Даже с такого расстояния она казалась огромной, а мультифункциональный щит, закреплённый с одной стороны, делал её похожей на гриб с утолщением в середине ножки.

- Юэ?

- Готова, - донёсся бодрый ответ.

- Дану, ты контролируешь?

- Конечно, мастер.

- Тогда поехали.

Платформа отцепилась от "Аонбара", дала несколько корректировочных импульсов и поплыла сквозь пустоту - крохотный листик над поверхностью безбрежного океана. Декаурон старался не смотреть на планету: сейчас, лишённый даже эфемерной защиты тонкого корпуса корабля, он казался себе особенно уязвимым.

Они догнали "Вуаль" почти что в перицентре её орбиты, что обеспечивало грандиозное зрелище Регента и дополнительный радиационный фон, но на деле было куда безопасней, чем прохождение областей вблизи внутреннего края колец. Сама станция, ориентированная к светилу, уже заслоняла свет Ники - графитово-серая, безгласная и слепая, она не приветствовала гостей даже навигационными огнями и казалась плывущим в молчании склепом, похоронившим надежды давно исчезнувших людей и организаций. Неподвижно застыли диски жилых модулей, которым полагалось обеспечивать своих обитателей псевдогравитацией, вращаясь вокруг главного ствола.