Стеклянный Джек полностью

– Человек во цвете лет, – печально проговорил Яго. – Со всеми причитающимися эмоциональными, интеллектуальными и практическими качествами.

– В Сампе триллионы точно таких же людей, – сказала Ева. – Но дело не в этом, правда? Мы оба знаем, что не в этом. Кого испытывают, её или меня?

– Я склонен считать, что ваши родители желают увидеть, как вы работаете вместе, – сказал Яго. – Полагаю, это звучит банально. Однако они и в самом деле этого хотят. Больше всего на свете.

– Ты просто виляешь, хотя можно прямо сказать, что она прошла проверку, а я – нет, – мрачно проговорила Ева.

– Вы… – начал Яго, но Ева не дала ему закончить:

– Не говори со мной в таком покровительственном тоне, Яго. Я этого не потерплю.

Он опустил голову.

Ева вновь устремила взгляд в окно, занимавшее всю стену. Кипарисы на фоне неба казались неестественно прямыми и застывшими, точно собачьи уши, стоящие торчком и готовые услышать плохие новости. Но Ева знала, что момент уже упущен, течение разлучило её с Дианой и вынесло не на тот берег. Удивительное дело, но в тот миг, когда она это поняла, на душе у неё сделалось легко. Вероятно, из-за того, что острая боль, ознаменовавшая момент кризиса, была уже позади. Однако беспредельное разочарование и депрессия были готовы захлестнуть её с головой. Просто не сейчас, а чуть позже.

– И что же? – спросила она наконец. – Всё дело в политике?

– Дело всегда в политике, – сказал Яго. – Она повсюду. Положение клана Аржан зависит от того, способен ли он оседлать политический вихрь, в какой бы час, в какой бы день это ни потребовалось.

– Я понимаю, в чём смысл политики, – сказала Ева, не в силах избавиться от жалобных ноток в голосе. – Если воспринимать её как систему. Я не оправдываюсь, я и в самом деле понимаю! Ну, может быть, у меня нет таких эмпатических инстинктов, как у неё. Меня сотворили другой. Но моя способность к вероятностному поиску решений… – Она замолчала. Читать Яго нотации не имело смысла. Он ведь, в конце концов, был просто вестником. – Я закончу свою диссертацию, – мрачно проговорила она. – И говори что хочешь.

– Я знал, что так будет.

– Что, вообще, связывает тебя с моими МОГмочками? Откуда эта старомодная преданность?

– Я перед ними в долгу, – сказал Яго. – Они меня приняли. И, кроме того, у нас общие цели. Ставки невероятно высоки.

– Серьезно? Или это опять шаблонный трёп про политику?

– Нет, – сказал Яго с очень серьёзным видом. – Это голая правда. Голая, как мертвец в могиле. Ставки выше, чем когда бы то ни было. Таких угроз человечество ещё никогда не знало.

– Не желаю об этом слышать, – сказала Ева. И, к ее чести, не соврала.

– Мёртвый Лерон на полу не вызывает у вас никаких чувств, – сказал Яго. – И с чего бы? Вы же его не знали. Он для вас лишь атом в квазигазообразном скоплении, как бы вы выразились, триллионов человеческих существ. А что касается Дианы, то ей как раз таки сложно посмотреть на ситуацию с вашей точки зрения. То есть увидеть в этих триллионах ресурс, а не скопление людей.

– Ты доставил послание, – сказала Ева. – Теперь будь любезен уйти и дать мне возможность заняться работой.

Яго неуклюже поднялся, его колени хрустнули.

– Диана, вероятно, захочет объяснить вам решение загадки, когда проснётся. Она гордится тем, что смогла во всём разобраться.

– Да, да, – сказала Ева. – Мы соберёмся в библиотеке и узнаем, как именно дворецкий совершил то, что совершил. Или доктор? Всему причиной доктор? Кажется, я что-то такое припоминаю – в подобных историях убийца всегда доктор.

Он уже дошел до двери, когда она снова к нему обратилась.

– Испытание я провалила, – сказала она, – так объясни мне хоть одну вещь. БСС – это ведь был ложный след?

– Нет, – сказал Яго. – Как ни жаль.

Ева пренебрежительно фыркнула.

– БСС-преступления! – провозгласила она. – И преступник. Это ведь кто-то из слуг, как я и говорила? Или сам Стеклянный Джек, как настаивала мисс Джоуд? Не сомневаюсь, что моя маленькая МОГсестричка выбрала правильный ответ. Но я не могу избавиться от мысли, что любой мой выбор был бы неверным.

Яго кивнул.

– Я знала! – воскликнула Ева. – Оба варианта неверны!

– Или верны, – сказал Яго. – Всего хорошего, мисс.

Ева удалилась в ИД. Довольно притворяться – она была разочарована. Всегда горько провалить испытание, и еще горше – с опозданием понять, что испытание как таковое произошло. Конечно, её не изгонят из святая святых Клана. Мудрый внутренний голос советовал отнестись к случившемуся как к благословению – ведь теперь у неё будет больше времени для полноценных астронаучных исследований. И она не испытывала зависти к триумфу МОГсестры (Диа хоть понимала, что одержала победу?). Охватившая её неудовлетворённость была связана с чем-то другим.

Она попыталась заняться своим трудом о шампанской сверхновой, но дурацкое слово «политика» все зудело и зудело в ее мозгу. «Политика!» Во Вселенной с ее расстояниями и абсолютным холодом политика ничего не значила. Предмет её исследований был удалён от политики больше, чем что бы то ни было.